Избранные труды

Необходимо поэтому с полной определенностью отметить, что там, где нет человека как виновника преступления, там не может быть самого вопроса о наличии или отсутствии состава: более того, как было отмечено выше, где нет вменяемого человека, достигшего законом установленного возраста, там нет и самого вопроса об уголовной ответственности и о составе преступления.

Бесспорным достижением поэтому является система учебника общей части, принятая сектором уголовного права ВИЮН (1949 г.), как и более поздняя, 1950 г., разработанная кафедрой уголовного права МГУ[98 - «Вопросы системы общей и особенной частей социалистического уголовного права» («Советское государство и право», 1950 г.

, № 10).], где учение о субъекте преступления выделено в самостоятельный раздел. Однако если субъект преступления не может рассматриваться как элемент его состава, то отсюда отнюдь не следует, что вообще не существует элементов состава, характеризующих субъекта преступления. Они, конечно, существуют, но их уголовно-правовое значение заключается в ином.

Признаки, вводимые законом в состав преступления для характеристики субъекта преступления, направлены к следующей цели: законодатель при помощи этих признаков сужает круг лиц, могущих нести уголовную ответственность за определенное преступление или определенную группу преступлений, тем самым утверждая положение, что не всякое физическое вменяемое лицо может быть субъектом данного вида или данного рода преступлений. Эта ограничительная тенденция проявляется в законе в двух направлениях: законодатель предусматривает составы с конкретным кругом субъектов и составы со специальным кругом субъектов.

В составах со специальными субъектами круг ответственных лиц очерчен широко: сюда относятся должностные преступления, субъектом которых являются должностные лица (примечание к ст. 109 УК РСФСР), и воинские преступления, субъектом которых являются военнослужащие, военнообязанные и к ним приравненные лица (примечание к ст. 193

УК РСФСР).

Внутри названных групп по некоторым составам круг субъектов еще более сужен.

Так, согласно ст. 113 УК РСФСР субъектом дискредитирования власти может быть не всякое должностное лицо, а лишь то, которое вместе с тем является и представителем власти; согласно ст. 114 и 115 УК РСФСР (постановление неправосудного приговора, незаконный допрос или привод) субъектами этих преступлений могут быть лишь должностные лица судебного и прокурорско-следственного аппарата (судьи, заседатели, прокуроры, следователи).