Избранные труды

Поэтому доказательство наличия в действии виновного всех элементов предусмотренного законом состава есть, по общему правилу, и доказательство общественной опасности, противоправности этого действия и его наказуемости[9 - Об исключительных случаях отпадения общественной опасности действия или субъекта, несмотря на наличие всех элементов состава, см. ниже – «Состав преступления, примечание к ст. 6 и статья 8 УК» (стр. 318 и сл.).]. Доказывание же или требование доказывания наличия в каждом случае в действиях виновного, помимо описанных в законе элементов состава, еще общественной опасности и противоправности означало бы доказывание факта, признанного законом, который именно потому и предусмотрел определенные элементы состава, что считает их совокупность выражением общественной опасности деяния и, следовательно, его противоправности.

Так, проф. В. М. Чхиквадзе указывает, что «общественная опасность и противоправность не являются отдельными признаками состава, а характеризуют все признаки состава в их совокупности»[10 - В.

М. Чхиквадзе, Понятие и значение состава преступления («Советское государство и право», 1955 г., № 4, стр. 59).].

Один из видных криминалистов Германской Демократической Республики Lekschas в 1955 г. писал: «Только совокупностью всех элементов может быть определено существо каждого конкретного преступления»[11 - “Die Schuld als subjective Seite der verbrecherischen Handlung”, 1955, S. 7.]. И ранее Lekschas в том же смысле указывал: «Общественная опасность есть единство всех фактических данных»[12 - “Zum Aufbau der Verbrechenslehre unserer demokratischen Strafrechtswissenschaft”, 1952, S.

14.].

II

В некоторых случаях в законе содержится прямое указание на недозволенность действия, на отсутствие разрешения и тому подобные признаки, характеризующие противоправность. Так, ч. 4 ст. 182 УК РСФСР предусматривает «изготовление, хранение, сбыт и ношение кинжалов, финских ножей и т. п. холодного оружия без разрешения НКВД в установленном порядке».

В этом конкретном случае указание на противоправность (отсутствие разрешения) есть, конечно, элемент состава, предусмотренного ч. 4 ст. 182 УК РСФСР, но это именно есть та конкретная форма противоправности, которая отличается от противоправности как одной из общих предпосылок уголовной ответственности. Аналогична ст. 91 УК, карающая «участие в выборах в Советы и их съезды лица, не имеющего на то права».