Нет орхидей для мисс Блэндиш

Было очевидно, что и они боятся. Видимо, опасаться стоило тех двоих, что помоложе.

Всю долгую поездку Райли думал лишь об угрозе, исходившей от банды Гриссон. Он был уверен, что Эдди расскажет Ма о девушке. Ма – самый умный и опасный в банде человек. Она наверняка догадается, кто эта девица. И про бриллианты определенно тоже проведает. Нельзя исключить, что она отправит за ними своих парней. Догадается ли она, что они едут к Джонни? В этом он сомневался. Джонни работал только с мелкими сошками. Такая большая банда, как у Ма Гриссон, не станет иметь дело с пьянчужкой Джонни.

«Нужно поторопиться, – сказал он себе. – Довезти девушку до укрытия и незамедлительно связаться с Блэндишем». Чем быстрее он получит деньги и вернет девушку отцу, тем безопаснее.

Старина Сэм повернул «линкольн» на узкую проселочную дорогу, ведущую к дому Джонни. Он сбавил скорость, и через милю-другую они подъехали к двухэтажной деревянной постройке в тени деревьев. К ней через пролесок шла неровная тропинка.

Старина Сэм затормозил, и Бэйли вышел.

– Посмотри, дома ли он, – сказал Райли, оставаясь на месте. Он поиграл пистолетом, нервно поглядывая на кусты.

Бэйли подошел к халупе и постучал в дверь:

– Эй, Джонни!

После недолгой паузы Джонни открыл и с подозрением посмотрел на него.

Джонни было уже под семьдесят – высокий тощий старик с испитым лицом и мутными, слезящимися глазами. Когда-то, много лет назад, он был одним из лучших взломщиков сейфов, но пьянство его сгубило.

Он посмотрел на Бэйли, потом на машину. Заметил мисс Блэндиш.

– Что это? Ребята, вы в беде? Бэйли, ты?

Бэйли попытался войти, но Джонни перегородил ему дорогу.

– Хотим пересидеть здесь пару дней, Джонни, – сказал Бэйли. – Впусти нас.

– Что за девчонка? – Джонни не тронулся с места.

Райли вытолкнул мисс Блэндиш из машины и подошел вслед за Стариной Сэмом.

– Давай, Джонни, не дури, впусти нас. Заработаешь неплохо. Ну, не держи нас тут.

Джонни шагнул в сторону, и Райли втолкнул мисс Блэндиш в дом.

На первом этаже была единственная комната-гостиная, на второй этаж вела лестница, переходившая в нависающий над гостиной балкончик, с него, в свою очередь, можно было попасть в две небольшие верхние комнаты.

В гостиной царила неописуемая грязь. Стол и четыре ящика вместо стульев, старая плита, фонарь на стене, радио на полке – вот, в общем-то, и все.

Старина Сэм вошел последним. Он закрыл дверь и привалился к ней спиной.