Очередь за саваном

Хрюкнув, тот закатил глаза, выронил пистолет и закачался у самой лестницы. Прыгнув вперед, Конрад утопил свой кулак в его животе.

Резко выдохнув, амбал согнулся, выпрямился и покатился вниз по длинному лестничному пролету. Приземлился он на затылок и шею – с таким хрустом, что дрогнуло все здание.

Конрад на секунду застыл, глядя на нижнюю площадку, где, изображая морскую звезду, покоился его враг. Спускаться к нему не было смысла. Человек в такой весовой категории не способен упасть с лестницы, не сломав себе шею.

Повернувшись к двери Фло, Конрад услышал нарастающий вой полицейских сирен.

Он вошел в длинную узкую комнату – судя по безвкусной обстановке, гостиную.

На диване лежала Фло, одетая в черные шелковые чулки и розовые подвязки в цветочек. В шею ее с чудовищной силой вогнали нож для колки льда.

Конрад не стал к ней прикасаться: и без того ясно, что мертва. Работал мастер, профессионал своего дела. Кончик ножа угодил прямиком в спинной мозг.

Тихонько выругавшись, Конрад потер больное плечо и полез за сигаретой.

Он все еще смотрел на Фло, когда в комнату ворвались двое патрульных с пистолетами в руках.

Глава третья

I

Капитан полиции Харлан Макканн был похож на быка. Плечи его шириной с амбарные ворота венчала круглая, коротко остриженная голова. Кирпично-красное мясистое лицо выглядело так, словно его вытесали из гранита. Беспокойные глазки его были посажены весьма глубоко, и когда капитан впадал в ярость – а такое случалось нередко, – они загорались красным огнем, от которого становилось не по себе всем без исключения: от крутого бандюгана до попавшего под горячую руку копа.

Этим вечером вместо формы на капитане полиции была темно-коричневая пиджачная пара и надвинутая на глаза мягкая фетровая шляпа. Его «линкольн» мчался по Лоуренс-бульвару, а волосатые ручищи сжимали баранку так, словно то была не баранка, а горло злейшего врага.

Свернув на Пасифик-бульвар, он поехал вдоль побережья, мимо сверкающих гостиниц, казино, ночных забегаловок и увешанного неоновыми вывесками клуба «Амбассадор».

Наконец капитан доехал до самого конца набережной, где за пятнадцатифутовыми стенами, надежно скрытое от случайных глаз, стояло здание клуба «Парадиз», выходящее на залитый лунным светом океан.

В узком переулке у восточной стены «линкольн» проехал еще с четверть мили, прошивая фарами густую тьму. Время от времени капитан поглядывал в зеркало, но других фар не было видно.