Опасный пациент

Я не обманываю партнеров, сказал Джонатан. Никогда впредь, поклялся себе Крейг, он не свяжется с незнакомцем. У него много надежных друзей. Это был миг чистого безумия, но как же дорого он заплатил за него!

Сфотографировать формулу оказалось делом простым и неопасным. Мервин Уоррен полностью доверял Крейгу, давал ему ключи от сейфа с материалами особой важности. Крейг успел сделать десяток фотографий и положить документ с формулой в сейф за несколько минут. Но теперь Крейга мучили угрызения совести. Он успокаивал себя тем, что формула не поддается расшифровке.

И все же тот человек шантажировал его, чтобы получить ее. Неужели кто-то способен расшифровать ее? Крейг почувствовал на лице холодный пот. Он знал, что формула имеет стратегическое значение. В течение двух последних лет все американские криптографы безрезультатно ломали над ней голову. Крейг знал: стоит расшифровать эту формулу, и гигантский скачок в ракетной технике обеспечен.

Он вытер лицо платком. «Все это ерунда, – сказал себе Алан.

 – Формулу не расшифровать никому… это совершенно ясно!»

Машина остановилась у подъезда, Крейг расплатился с водителем. Алан не заметил ни черный «форд», затормозивший неподалеку, ни двух хорошо одетых мужчин, вышедших из него.

Он поднялся на лифте на пятый этаж, отпер входную дверь, вошел в квартиру, захлопнул за собой дверь. Алан снял пальто, затем через комнату, служившую гостиной и столовой одновременно, прошел на кухню, где он нашел жестяную коробку из-под пирожных. Он хотел как можно быстрее сжечь фотографии и негативы.

Алан понес коробку в гостиную, думая при этом, что надо соблюдать осторожность… жечь фотографии по одной штуке. Нельзя сильно дымить.

Опустив коробку на стол, он услышал звонок в прихожей.

Он оцепенел, глаза его забегали. Поколебавшись, Алан бросился с жестяной коробкой на кухню и оставил ее там. Вернувшись в гостиную, он сунул толстый конверт с фотографиями под подушку кресла.

Раздался второй звонок. Алан неохотно подошел к двери и открыл ее.

Лу Силк приставил дуло маузера с привинченным конусообразным глушителем к груди Алана и втолкнул его в холл.

– Ни звука, – тихо приказал Силк. – Это пушка стреляет бесшумно. Грудь разнесет в клочья.

Крейг разглядел бесцветное лицо со шрамом и стеклянным глазом, который больше походил на человеческий, чем второй, живой. Алана вдруг охватил ужас; страх парализовал его. Он едва заметил второго человека, зашедшего следом и прикрывшего за собой входную дверь.