Плохие вести от куклы

Впрочем, этого оказалось достаточно: в этом самом костюме к нему приходила Мэриан Дэли.

Феннер задумчиво коснулся его, пытаясь воссоздать в памяти зримый образ девушки. Он достал костюм из шкафа и бросил на кровать, потом быстро направился к комоду. В верхнем ящике лежала строгая шляпка. Он и ее кинул на кровать. В другом ящике обнаружилось белье, пояс, чулки и туфли. Он все свалил на кровать, потом подошел к столику и выдвинул небольшой ящик под зеркалом. Там лежала ее сумочка. Он с трудом ее вытащил, прошел через комнату, сел на кровать, положил сумочку на раскрытую ладонь и уставился на ковер.

Он открыл сумочку и высыпал содержимое на кровать. Обычный набор дамских мелочей лежал маленькой, какой-то жалкой кучкой. Он пошевелил кучку пальцем и снова заглянул в сумочку. Там было ничего не видно, так что он сунул внутрь два пальца и вырвал подкладку. В самой глубине лежала бумажка, возможно намеренно спрятанная. Он расправил ее. Оказалось, что это письмо на вырванном из блокнота листе, почерк был крупный и небрежный.

Ки-Уэст

Дорогая Мэриан,

не волнуйся. Нулен обещал мне помочь. Пио еще ничего не знает. Думаю, скоро все уладится.

Письмо не было подписано.

Феннер аккуратно сложил бумажку и сунул ее в свой портсигар. Он сел на кровати и задумался. Ки-Уэст и два кубинца. Что-то начинало проясняться. Он встал и тщательно обыскал всю комнату, но больше ничего не обнаружил. Потом отпер дверь, выключил свет и тихо вышел в коридор.

Он прошел в комнату слева и при свете фонаря выяснил, что это довольно просторная ванная. Убедившись, что окно занавешено, он потянулся к выключателю. Здесь пахло так, что ему едва не стало плохо. Теперь он точно знал, что это; собрался с духом, перед тем как зажечь свет, и осторожно нажал на выключатель.

При ярком освещении комната напоминала скотобойню к концу рабочего дня. У стены стояла ванна, накрытая заляпанной кровью простыней. Стена была в красных пятнах, пол рядом с ванной тоже красный.

Он затих, оглядывая комнату, его бледное сосредоточенное лицо застыло, потом он медленно шагнул вперед и, подцепив пистолетом, сбросил полотенце со столика. Тонкая белая рука, безжалостно отрубленная у плеча, покачнулась и упала к его ногам.

От подступившей тошноты Феннер весь покрылся холодным потом.