Положите ее среди лилий

Перед домом была лужайка, довольно большая, чтобы поиграть на ней в китайские шашки, а в кадках по обеим сторонам от входной двери росли печального вида гортензии.

Я прошел в невысокую деревянную калитку и постучал в дверь маленькой медной колотушкой, которую не чистили уже несколько месяцев.

Я ждал секунд десять, не больше, а затем дверь резко распахнулась. На меня смотрела, с подозрением прищуриваясь слегка покрасневшими глазами, полная молодая женщина с узлом темных волос, собранных на затылке, одетая в серо-зеленые брюки и белую шелковую блузу.

Женщина была не из тех, кого называют красотками, но в ней чувствовалась неуловимая животная привлекательность, заставляющая мужчин взглянуть на нее во второй, а некоторых даже в третий раз.

Не успел я раскрыть рта, как она заговорила сама.

– Поберегите дыхалку, если собираетесь что-нибудь продавать, – посоветовала она. Голос у нее был хоть мелодичнее грохота жестянки по ступеням, но самую малость. – Я никогда не покупаю у коммивояжеров.

– Вам стоит написать это на калитке, – жизнерадостно отозвался я. – Представляете, сколько времени это сэкономит? А вы мисс Дрю?

– Вам-то какая разница, кто я?

– У меня дело к мисс Дрю, – терпеливо пояснил я. – Важное дело.

– Кто вы?

– Я Вик Маллой. И я старый друг Дженет Кросби.

Мускул над ее верхней губой дернулся, но в целом не последовало никакой реакции.

– И что с того?

– Так вы мисс Дрю или нет?

– Да. Что дальше?

– Я надеялся, что вы поможете мне, – сказал я, упираясь рукой о стену и прижимаясь к ней щекой.

 – Дело в том, что причина смерти мисс Кросби кажется мне не вполне убедительной.

На этот раз в глазах мисс Дрю отразилась настороженность.

– Решили покопаться в древней истории? Она ведь уже давно умерла. В любом случае мне ничего об этом не известно.

– Вы были там, когда она умерла?

Она взялась за ручку двери и потянула на себя.

– Говорю же вам, мне ничего об этом не известно и у меня нет времени на ерунду, которая никак меня не касается.

Я всматривался в суровое, полное подозрительности лицо.

– Мисс Дрю, знаете, что не издает ни звука, но слышно на милю вокруг? – поинтересовался я, многозначительно ей улыбаясь.

– Вы чокнутый, что ли?

– А некоторые слышат это даже за две мили. Угадаете?

Она раздраженно пожала своими крепкими плечами.

– Ну хорошо, сдаюсь. Что это?

– Стодолларовая купюра, сложенная пополам и аккуратно зажатая двумя пальцами.