Приятного вечера!

Уилберу было двадцать девять лет, но он пока еще не вошел в правление «Техасской нефтяной корпорации», которую возглавлял его отец. Он отучился в Гарварде, защитив диплом магистра по экономике, провел год в армии майором (танковые войска), путешествовал по миру на одной из яхт отца, познакомился с Марией, влюбился и женился. По завершении медового месяца ему предстояло сделаться одним из десяти вице-президентов обширной нефтяной империи.

Его отец Сайлас Уоррентон, суровый нефтяник, не питал любви ни к кому, кроме сына.

Жена Сайласа умерла спустя несколько лет после рождения Уилбера, и Сайлас, по-настоящему любивший ее, перенес все свои чувства на сына. Когда Уилбер сообщил отцу, что намерен жениться, и представил Марию, Сайлас окинул ее задумчивым взглядом. Ее смуглая кожа, стройное тело с чувственными изгибами, большие манящие глаза и твердый рот вселили в него сомнения, но он знал о миллиардах ее отца, поэтому лишь мысленно пожал плечами. Если его сын желает жениться на этой крале, он не станет возражать. В конце концов, сказал он себе, она стоит того, чтобы с ней спать, а развестись нетрудно. Поэтому он одарил Марию кривоватой улыбкой, похлопал по плечу и заявил:

– Я хочу внуков, моя дорогая. Не подведите меня.

Мария решила, что он самый ужасный и вульгарный старик на свете. И даже когда Уилбер, в свою очередь, намекнул, что хочет детей, она взглянула на него с холодком:

– Позже. Давай просто побудем счастливыми и свободными, пока мы молоды. От детей всегда проблемы.

Анита Сертес была одной из многочисленных горничных, работавших в отеле «Испанский залив». Двадцатитрехлетняя кубинка, она была коренастой и смуглой, с волосами цвета воронова крыла. В отеле она проработала уже год. В ее обязанности входили уборка ванных комнат, ежедневная смена постельного белья и поддержание чистоты в номере.

С ванной Уилбера Анита уже управилась. Там не было проблем. Он даже складывал за собой банные полотенца, не оставляя никакого беспорядка, но вот ванная комната Марии заставляла Аниту клокотать от сдержанной ярости.

Что за засранка эта избалованная богачка! – так думала Анита, оглядывая бардак, который ей теперь приходилось подчищать каждый день.

На полу валялись насквозь мокрые полотенца. (Она что, берет их вместе с собой в ванну? – недоумевала Анита.) На зеркалах следы пудры и туши для ресниц. Плитки пола испачканы раздавленной помадой. В унитазе не смыто.

Богачка! – негодовала Анита, собирая мокрые полотенца.