Воспитание нового ребенка в уважении, свободе, заботе

Именно поэтому женщины редко становятся великими художниками, великими поэтами – им это не нужно: они могут быть великими матерями. Почему мужчина стремится стать известным ученым, поэтом, художником, тем, этим? Потому что он завидует женщине: он не способен создавать детей. Он чувствует себя бессильным.

Зигмунд Фрейд много говорил о фаллической зависти – о том, что женщины якобы завидуют мужчинам из-за того, что у женщин нет пениса. Это полнейшая чушь, абсурд. Это равносильно тому, что если бы Зигмунд Фрейд родился женщиной, речь пошла бы о мужской зависти к женской груди.

Но одно можно сказать точно: в глубине души мужчина всегда завидует женщине, так как не может стать матерью, не может выносить в себе новую жизнь, не может создать жизнь. Вместо этого он пишет картины, ваяет скульптуры, складывает стихи, сочиняет музыку; он летит на Луну, поднимается на Эверест. Он хочет доказать – по крайней мере, своей женщине: «Я тоже кое-что могу»; иначе ему пришлось бы признать себя бессильным. По сравнению с тем, что может женщина, его участие кажется незначительным, почти случайным: давая жизнь ребенку, мужчина просто запускает процесс.

Ту же работу способна выполнить небольшая инъекция, – вот и весь его вклад.

Женщина проживает девять месяцев агонии и экстаза. Но и тогда работа еще не закончена! На самом деле, когда ребенок родился, работа, настоящая работа, только начинается. Ребенок вносит в жизнь новое качество свежести. Каждый ребенок рождается дикарем, варваром; теперь мать должна сделать его цивилизованным.

Каждый ребенок – варвар, помни это; он стихийный, дикий. И мать должна привить ему культуру, должна научить его искусству жизни, искусству быть человеческим существом. Это огромный труд.

Будучи матерью, ты должна помнить, что твоя работа не окончена, она только началась. Примись за нее с радостью! Ты создаешь что-то чрезвычайно ценное: формируешь и взращиваешь частицу жизни, защищаешь ее. В таком деле нет жертвы, которая была бы слишком велика – любая жертва может и должна быть принесена.

Это первое.

Второе: не становись слишком серьезной, иначе ты повредишь ребенку. Твоя серьезность станет разрушительной. Действуй игриво. Ответственность велика, но ее нужно принимать с легкостью. Играй, как играют на музыкальном инструменте, – пусть твоим инструментом теперь будет ребенок. Играй бережно, но радостно, легко… Если ты станешь серьезной, ребенок почувствует твою серьезность и будет подавлен и искалечен.