Не дразни меня!

Думаешь, кто-нибудь поверит, что ты явился сюда полки приколачивать? Ты вообще представляешь, что устроит мой чертов папаша, если узнает, как мы с тобой проводили здесь время? Он настолько туп, что до сих пор считает меня девственницей, но не настолько туп, чтобы не понять, чем мы тут занимались вдвоем! Ты останешься без работы, а меня лишат этого дома! Никакой полиции! Все, отправляйся, пошли!

Проглоченный Кеном скотч согревал изнутри. Карен права, сказал он себе. Никакой полиции! Как она уже успела заметить, это омерзительное убийство не имеет никакого отношения ни к кому из них.

Тело найдет кто-нибудь другой. Он понимал, что если Штернвуд узнает о его шашнях с Карен, то не просто укажет ему на дверь: он достаточно мстителен, чтобы Кен оказался в черном списке. Тогда он вообще не найдет работу в страховом бизнесе. И ведь есть еще Бетти! Боже! В какое же дерьмо он влип!

– Пошли! – нетерпеливо повторила Карен.

Он последовал за ней во влажную жаркую ночь.

То шагая, то сбиваясь на бег, она влекла его вниз, к пляжу, в обход зарослей – Кен не смог заставить себя взглянуть на них, зная, что там лежит жуткий труп, – а потом вывела на берег.

Через несколько шагов, когда заросли остались уже позади, она повернула в сторону материка. Огибая кущу кустов, они неожиданно натолкнулись на человека, который стремительно шагал им навстречу. В ярком свете луны они увидели, что он высокий, худой, бородатый, на нем одни лишь драные джинсы, а за плечом болтается спортивная сумка. Только глаза блестели из-под копны волос, а из густой бороды торчал нос, длинный и тонкий.

Человек притормозил.

– Эй, привет! – сказал он.

У Кена возникло неприятное ощущение, что незнакомец внимательно рассматривает их.

– Привет! – с улыбкой отозвалась Карен.

– Я ищу Байдарочную бухту, – пояснил человек. Кен понял, что ему на самом деле лет двадцать.

– Иди все время вперед, – сказала Карен. – Осталось примерно полмили. – И, шагнув мимо него, она двинулась дальше; Кен следом за ней.

– Он узнает нас при случае, – хрипло прошептал Кен.

– Этот бродяга? Да он себя самого в зеркале не узнает, – с презрением отозвалась Карен.

Кен обернулся. Бородач стоял на месте, глядя им вслед. Он помахал рукой, затем развернулся и направился в сторону колонии хиппи.

– Дальше сам, – сказала Карен, останавливаясь. – Твоя машина за теми деревьями. – Она подошла к нему и обхватила за шею. – Здорово было, правда?

От прикосновения ее горячих ладоней Кен дернулся.