Не дразни меня!

– Сикомб? – Бетти внимательно глядела на него. – Но это же черный район.

– Не совсем черный. Это рабочий район. Там и белых полным-полно.

– И что там страховать?

Кен одобрительно покивал. Его жена точно не дурочка.

– Хороший вопрос. Штернвуд планирует выбирать семьи с детьми и предлагать страхование детей от опасности. За небольшое вознаграждение мы сможем гарантировать родителям все виды защиты для их отпрысков. В Сикомбе примерно пятнадцать тысяч вероятных клиентов, и Штернвуд уверен, что мы озолотимся.

Бетти задумалась.

– Но, Кен, после работы с вашими богатыми клиентами тебе вряд ли это понравится.

– У меня нет выбора. В любом случае это вызов мне.

– Значит, ты начальник. И сколько же он будет тебе платить?

Кен поморщился:

– У меня все тот же оклад, но я буду получать пятнадцать процентов со всех заключенных договоров. Штернвуд никогда не разбрасывается деньгами. Если он прав насчет потенциальных клиентов – а я думаю, что он прав, – то комиссионные будут весьма солидные.

– Насколько солидные?

– У меня пока не было времени все подсчитать. Зависит от того, насколько упорно я буду работать.

Бетти вздохнула:

– Когда ты приступаешь?

– Офис уже готов. Начинаю завтра. – Кен допил свой коктейль. – Есть один момент, от которого я не в восторге, но выбора мне не оставили.

Бетти внимательно посмотрела на него:

– Я могла бы перечислить много моментов, от которых тут можно быть не в восторге. Где же ложка дегтя?

– У Штернвуда есть дочь.

Она будет работать со мной. По его словам, она ужасно умная, знает о страховании не меньше моего… по его словам. Она будет сидеть в конторе, пока я бегаю по клиентам. Мне вовсе не улыбается работать с дочкой Штернвуда. Это означает, что мне все время придется быть начеку, я и без того постоянно начеку, но, понимаешь…

– Какая она, Кен?

– Понятия не имею. Расскажу тебе завтра, когда посмотрю на нее.

– Давай ужинать.

Пока они ели, Бетти сказала:

– Интересно, она хорошенькая?

Поглядев на нее, Кен увидел, что она озабоченно хмурится.

– Если она пошла в отца, то запросто может выступать в цирке уродов. Что тебя тревожит, милая?

Бетти улыбнулась:

– Просто спросила.

– А я скажу, что тревожит меня, – продолжал Кен. – У меня в офисе будет шпион… «горячая линия» с кабинетом ее папочки. Мне придется туго, если она невзлюбит меня или если я не добьюсь успехов в работе. Не тебе рассказывать, что Штернвуд настоящий сукин сын.