Записки сантехника о кино

– Процитирую слова режиссера Павла Лунгина, сына переводчицы: «Успех Карлсона характерен только для России»…

– Непонятно только, почему он в музее Астрид Линдгрен так богато представлен? По просьбам русских, что ли?

– В остальном мире более знаменита другая героиня Линдгрен – Пеппи.

– Она не Пеппи, а ПипИ.

– Это, безусловно, связано с переводом.

– Базару нет.

– Судя по заметке, Успенский пытался подражать Д.Ю. Напрасный труд. Д.Ю. неподражаем по определению.

– Сдерживай себя, камрад.

– Дмитрий, небольшой вопрос по переводу возник по ходу просмотра сериала Heroes. Как, по-твоему, следует переводить на русский cheerleader?

– Нету соответствующего явления в России, а значит – нет и в языке.

– Так и Александра Пахмутова скоро начнет писать песни для группы «Ленинград». Кушать всем, однако, хочется.

– Камрад, рассказы про «кушать всем хочется» – они немедленно раскрывают тебя как малолетнего идиота. Не хочется никому «кушать» – все кругом сытые, вопрос о еде не стоит ни у кого.

Успенский – мегаизвестен и суперпопулярен. Чтобы его зазвать, деньги надо отгружать спортивными сумками, ибо его имя гарантирует продажи. При чем тут идиотское «кушать»?

Человек:

а) занимается тем, чем ему нравится (не нравилось бы – не согласился работать);

б) не стесняется брать за это серьезные деньги.

– Может, несколько точнее, был мегаизвестен и суперпопулярен в годы – «мрачного тоталитаризма»?

– Ну что, блядь, за детсад? Ну что ты хуйню всякую пишешь? Ну хоть чайная ложка мозга-то есть? Что, есть люди в стране, которые не знают Чебурашку и Крокодила Гену? Какой «мрачный тоталитаризм»?

– А этот перевод – попытка вернуться к этой самой мегаизвестности?

– Выглядит это так.

Приходят люди и предлагают: «А вот мы хотим предложить вам сделать то-то и то-то, сумму гонорара готовы обсуждать». А не наоборот.

– Не уверен, что люди знают, кто автор этих персонажей.

– Сколько тебе лет, дорогой друг?

– Выходит, я ошибался?

– Нет, ты не ошибался.

Ты не знаешь предмета и делишься детскими представлениями о том, «как на самом деле». А на самом деле все не так.

– Сам Эдуард Николаевич в одном из интервью бесхитростно объяснил это так: «На самом деле, я написал много хороших книг, просто издательства предпочитают публиковать самые пенки, шлягеры. А у меня есть, например, книжка «Лжедмитрий», которая писалась целых пять лет. Или истории о Жаб Жабыче Сковородкине, да много чего еще.