Свобода – опасная вещь

Однажды вечером ему все-таки пришлось очнуться и посмотреть правде в лицо. Ужасное прозрение!

Даже сейчас, двенадцать лет спустя, у него заходилось сердце, если его внезапно настигали воспоминания, хотя он и бежал от них.

В тот вечер он поздно вернулся из студии в свой роскошный особняк в Беверли-Хиллз и сел перечитывать сценарий нового фильма.

Хэрриет расположилась в дальнем углу гостиной, она была угрюма и молчалива. Он пытался с ней заговорить, но она не отвечала. Мысленно пожав плечами, он выкинул ее из головы и сосредоточился на сценарии.

Так прошел примерно час, и вдруг он что-то почувствовал – какое-то невероятное, звенящее напряжение пронизало все вокруг. Он посмотрел в дальний конец комнаты, где сидела Хэрриет, но там ее уже не было. Напротив него на стене висело большое зеркало, и то, что он там увидел, ему не забыть до скончания дней!

Сзади к нему неслышно подкрадывалась Хэрриет, в руке у нее был нож, а на лице блуждало выражение, которое с тех пор преследовало его в ночных кошмарах.

Только тогда, в те считаные секунды, пока Дилейни словно во сне смотрел на ее отражение, он осознал, что она безумна, и это открытие на несколько мгновений парализовало его.

Ей оставалась всего пара шагов, рука с ножом была уже занесена, когда Дилейни наконец опомнился, отбросил сценарий и вскочил.

Она кинулась на него, как разъяренная тигрица, и он ужаснулся ее силе. Прежде чем он завладел ножом, она несколько раз полоснула его по руке и оставила на его щеке длинный глубокий порез.

Обезоруженная, она отпрыгнула назад и выбежала из дому. Он не успел остановить ее.

Больше он живой ее не видел.

Она села в его машину, доехала до первой попавшейся на пути гостиницы в Лос-Анджелесе, села в лифт, поднялась на одиннадцатый этаж, ворвалась в пустой номер и выбросилась из окна.

Так что сказать про нее «со странностями» – ничего не сказать. Непонятно, зачем София разбередила его старую рану, раздраженно подумал Дилейни.

– Допустим, – сказал он, сдвинув брови.

 – Но из этого вовсе не следует… – Он оборвал себя, услышав телефонный звонок. – Мне звонят. Послушай, родная, выброси все из головы. Тебе не о чем беспокоиться. С Джеем ничего такого… Черт возьми! Я живу с ним уже двадцать один год. Я знаю, о чем говорю.

Мисс Коббе просунула голову в дверь:

– Мистер Бреннон на проводе, мистер Дилейни.

– Уже иду.

Дилейни потрепал Софию по щеке и вышел в гостиную, притворив за собой дверь.

София хмуро уставилась в потолок.