Ударь по больному

– Как делишки, мистер Уоллес? – спросил Барни. – Порядок? Выглядите отлично. Как поживает полковник?

Я прекрасно знал, как обращаться с Барни. Ни в коем случае не торопить. Не терзать вопросами, пока он не проглотит третью порцию пива и не расправится с порцией огненных сосисок.

– Полковник сейчас в Вашингтоне, – сообщил я, закуривая сигарету. – У меня все хорошо. Ну а ты как, Эл?

– А что я… Не молодею. Впрочем, как и все. – Барни помотал лысеющей головой. – Но я не ропщу. Со следующей недели начинается туристский сезон.

 – Его маленькие глазки оживились. – Замечательный народ эти туристы. Мимо не пройдут: всегда остановятся поболтать, сфотографировать меня. А я им травлю такие байки, от которых они едва в штаны не писают. – Барни снова расплылся в акульей улыбке. – Все же любят скандальные истории.

Подошел Сэм и поставил на стол пинту пива и большую тарелку с жуткого вида маленькими сосисками, придумать которые мог бы только дьявол. Барни живенько забросил в рот сразу три, прожевал, с жадностью проглотил, хватанул ртом воздух, и глаза его наполнились слезами.

Охнув, он залил в себя полпинты пива.

– Знали б вы, от чего отказываетесь, мистер Уоллес. Такая вкуснятина… Попробуйте хоть одну.

– Нет уж, благодарю.

Эл проворно отправил в рот еще три сосиски, и представление в точности повторилось.

– Для пищеварения просто замечательно, – проговорил он, допил пиво, и Сэм подоспел с новой порцией.

Я терпеливо ждал.

Наконец, прикончив сосиски и заглотив третью порцию пива, Барни рыгнул, да так, что задребезжали стекла в окнах.

– Ну так чем могу помочь, мистер Уоллес? – спросил он со своей акульей улыбкой.

– Что ты знаешь о «Черной шкатулке»?

Барни поднял брови – то, что от них еще осталось.

– Тусовка для цветных. Дансинг, отвратная жратва, но пользуется популярностью.

Я ждал, глядя ему в глаза.

– С копами проблем никаких, – продолжил Барни. – Этот притон купил один черный примерно год назад и переоборудовал его в некое подобие клуба. Цветных-то, кстати, у нас здесь не так много: в основном вьетнамцы да пуэрториканцы.

А в «Шкатулке» торчат только цветные – тусуются там, чувствуют себя как дома, танцуют…

– Кто купил-то, Эл?

Барни поскреб горло. Этот жест я отлично понимал и сделал знак Сэму – тот уже спешил с очередной порцией пива.

– От этих вкусняшек так пить охота… – проронил Эл. – А вы классный, мистер Уоллес.

– Так кто покупатель? – снова спросил я.

Барни надолго присосался к стакану с пивом.