Тайна за 107 печатями, или Наша разведка против масонов

Но императрица оказалась под влиянием наиболее одиозной части религиозных сил русского общества (сектантства), в которой преобладали агенты священного союза, прикрывавшиеся зачастую не только дипломатическим иммунитетом, но и благотворительными целями в виде миссий помощи и пожертвований. И вместе с тем в отношении императрицы использовались новейшие достижения того времени по психофизиологическому воздействию, что не могло не сказаться на ее негативном отношении к своему мужу, императору всероссийскому.

Именно ее стараниями была сформирована группа государственных чиновников, которые фатально уверовали в необходимость продажи Аляски и Алеутских островов.

Негативно действовало на психику монарха, подтачивая его силы, и то, что он постоянно подвергался унизительным допросам своей жены и сценам ревности; а тут еще апологеты императрицы и агенты священного союза подсовывали (!) почти в неглиже в императорские альковы женщин.

От нервных срывов его спасала княжна Екатерина Долгорукова.

И все же после одного из нервных срывов, вызванного сложившимися обстоятельствами и негативным воздействием своей супруги, Александр II дал устное согласие на продажу США части территории Российской империи, но с жесткой оговоркой: не более чем на 90 лет…

При этом в тот же момент Александр II поставил условие, чтобы США, проводя какую-либо деятельность на этих русских землях – в недрах ли, на поверхности ли, в прилежащей ли части океана, выплачивали российскому императору 25 % годовых (на документе, подготовленном Лорис-Меликовым, рукой государя выведено «25 %»).

После прочтения документа, изготовленного под нажимом «доброжелателей», государь с грустью сказал своему генерал-адъютанту, что чрезвычайно устал и что у него болит сердце, а через несколько минут ко всему прибавилась и острая головная боль. Император длинными тонкими пальцами начал растирать виски, а затем бросил Лорис-Меликову: «Позови Катю, я не могу…».

Известно из истории, что в течение последующих недель и даже месяцев российский император находился практически как в сомнамбулическом сне; у него появились навязчивые видения, он стал слышать разговоры отсутствующих и даже давно ушедших из жизни людей, имевших отношение к становлению государства Российского.