В этом нет сомнения

Он посмотрел на Чарльза взглядом голодного тигра, мне же показал в улыбке крысиные зубы.

– Надень это на себя, приятель! – скомандовал он и швырнул на стул костюм.

– Конечно, – сказал Чарльз. – Одежда.

Чувствуя, что весь взмок, я стянул с себя всю свою одежду и облачился в принесенный Маззо костюм.

Вот это был шик! Темно-серого цвета, из модного материала, он должен был стоить целое состояние. Сидел он на мне как перчатка.

– С одеждой не будет никаких проблем.

Маззо улыбнулся мне:

– Тебе повезло.

Я быстро переоделся в мой собственный костюм под внимательными взглядами их обоих. В голове у меня была полнейшая неразбериха… «Господи! Куда я вляпался?» – думал я, искоса поглядывая на жалкого, дрожащего Чарльза, который просительно смотрел на Маззо, как собака в ожидании побоев.

– Волосы… – сказал он. – Ими следует заняться. Я должен сделать это сам. Пожалуйста, мистер Стивенс, садитесь.

Он прошел в ванную и принес оттуда полотенце, которое обернул вокруг моих плеч.

Когда Маззо находился в дальнем конце комнаты, Чарльз скорее выдохнул, чем произнес слова, почти касаясь губами моего уха:

– Они платят мне огромные деньги! Я так напуган. Что случилось с другим человеком? Я потратил много часов, чтобы загримировать его…

Но тут к нам подошел Маззо и уже больше не отходил от нас, так что пугающий односторонний разговор должен был прекратиться.

Наконец Чарльз отошел назад и осмотрел меня. Его подкрашенные глаза выражали безумный страх.

– Да! Превосходно! – воскликнул он. – Теперь хромота. Мистер Стивенс, дайте мне, пожалуйста, ваш правый ботинок.

Я снял его и протянул ему. Чарльз подошел к столу и уселся. Он достал из кейса стамеску и срезал ею часть каблука. Также в его ящичке оказался клин, который он привинтил к каблуку.

На все это ушло не много времени, я просто сидел, наблюдая за ним, а Маззо следил за нами обоими, стоя рядом.

– Давайте посмотрим, – сказал Чарльз. – Пожалуйста, наденьте ботинок и пройдитесь к окну и обратно.

Я повиновался. Толстый клин, который был привинчен к каблуку, делал мою походку неустойчивой. В итоге я прихрамывал, как человек с поврежденной ногой. Прихромав назад, я остановился.

– Отлично, – сказал Чарльз.