Только за наличные

Тот с трудом переводил дыхание, но мог стоять, и в нем еще оставался бойцовский дух. Он сделал шаг в сторону верзилы, словно хотел продолжить схватку, но я удержал его:

– Хватит с него. Успокойтесь.

Элис подошла и обняла Роша. Я оставил его на попечение жены и подошел к двум мужчинам в майках и дальнобойщику, которые таращились на поверженного верзилу.

Толстяк без особого успеха пытался привести его в чувство.

– Да ты ему челюсть сломал, – возбужденно выдохнул дальнобойщик. – Вот это удар! Дюйм замаха – и бац! Понятное дело, этот бездельник сам напросился.

– Надо его отсюда убрать, – сказал я. – Давайте, парни, поднимем его и выведем наружу.

Толстяк вскинул на меня глаза. Его глаза блестели, и по выражению лица можно было предположить, что он вот-вот разревется.

– Вы сломали челюсть моему мальчику, – проскулил он, – а ему в субботу выступать.

– Мне следовало сломать ему шею, – заметил я. – Убирайте его отсюда, пока я не передумал и не довел дело до конца.

Здоровяк открыл глаза, застонал и сел.

Челюсть у него отвисла, и уродливое красное пятно проступило на правой щеке там, где я его ударил.

Двое парней в майках подняли его на ноги и, поддерживая, вывели из кафе. Он вышел с ними, не глядя на меня, опустив голову на грудь; глаза его остекленели, а ноги подгибались, словно резиновые.

Толстяк плелся за ними с таким видом, словно шел за катафалком, в котором был гроб его матери.

Дальнобойщик повернулся и уставился на меня, будто я был херувимом, спустившимся с неба на огненном облаке.

– Прямо с ума сойти! – воскликнул он. – Ты знаешь, кто это был? Тот парень, которого ты отметелил? Это Джо Маккриди, местный чемпион. В субботу ему драться с Майами-Кидом, куча денег на кону. Прими совет, брат, вали из города. Когда Петелли узнает, что ты сделал с Маккриди, у него крышу снесет. Я не шучу. Петелли опаснее гремучей змеи. Ноги в руки и вали отсюда!

2

Я присел на стул и потянулся за сигаретой, но Рош меня опередил и предложил свои.

Этим вечером я ни в чем не ведал отказа и едва смог выйти из-за стола после лучшего ужина в моей жизни. Рош и его жена Элис составили мне компанию. Они мне нравились, поскольку относились к тому сорту людей, с которыми я умею ладить, и мы перешли на «ты» прежде, чем я закончил ужинать.

Бо?льшую часть времени, пока я ел, говорили они, и теперь я понял, что настал мой черед.

– Наверно, вам интересно, что я здесь делаю, – начал я, когда Рош дал мне прикурить.