Вопрос времени

– Пообедаю, – пробурчал он, взял ключ и направился к лифту.

Поднялся на третий этаж, прошел по коридору, остановился у своего номера, посмотрел направо, налево, а затем шагнул к комнате Шейлы. Повернул ручку, дверь подалась, и он проскользнул в номер, мягко затворив ее за собой.

Шейла, в просвечивающем платье из хлопчатобумажной ткани стояла у открытого окна. В падающем из окна свете он видел ее длинные стройные ноги, плавный изгиб бедер. Точеная фигура Шейлы всегда возбуждала его, но сейчас в голове Хэммета роились другие мысли.

Шейла оглянулась, заметила его взгляд, отошла к креслу и села.

– Я просила тебя не заходить ко мне раньше полуночи. – Ее спокойный голос сводил его с ума. – Почему ты никогда не делаешь того, о чем тебя просят?

Хэммет плюхнулся на кровать, второго кресла в комнате не было.

– Все нормально. На этаже ни души. Как дела?

– Надо подождать. По меньшей мере я знаю, что он на моей стороне.

Хэммет нахмурился:

– То есть Джек оказался прав? Он его раскусил?

– Думаю, да.

Тон ее не понравился Хэммету. Он пристально взглянул на Шейлу:

– Что тебя гложет? Почему ты такая подавленная?

– Неужели?

– Как будто сама не знаешь? Что случилось?

Она глянула на Хэммета:

– Пока ничего. Но все может провалиться. Им нужна пожилая женщина. Он сказал, что попытается убедить старуху, но это не значит, что попытка его удастся.

Хэммет пробежался пальцами по грязным волосам.

– Убедит, будь уверена. Джек говорит, что старуха имеет виды на этого подонка.

Как он скажет, так и будет.

– Ей же семьдесят восемь лет!

Хэммет ухмыльнулся:

– И что? Я помню свою тетушку. Как она поглядывала на таких, как этот подонок… обходительных, сексуальных, симпатичных. И ни в чем не могла им отказать. Если Джек говорит, что она имеет виды на Паттерсона, значит так оно и есть. Она сделает все, что скажет ей Паттерсон.

Шейла откинулась на спинку кресла.

– Ну почему ты так глуп? – Она положила ногу на ногу, поправила подол платья. – Он часто видится с ней.

Такая женщина привыкла быть в центре внимания. Возможно, ей не захочется, чтобы молодая компаньонка отвлекала Паттерсона. Теперь ты понимаешь, почему я сомневаюсь в успехе?

Хэммет принялся грызть ноготь большого пальца.

– Я же говорил тебе… Мне это не нравится. Давай уедем из этого вонючего городишка. Махнем в Лос-Анджелес.

– Паттерсон решил сказать ей, что мне тридцать восемь, – продолжила Шейла, словно и не услышав предложения Хэммета.