Медведицкая гряда

франков) революционеру Александру ГЕРЦЕНУ (теперь вы знаете, на чьи деньги началась ревпропаганда в России?), а сам уехал «в Океанию» (остров Мадагаскар, не путать с современным названием тихоокеанской Океании) с целью основать коммунистическую колонию. Там же следы его окончательно потерялись…

Где-то здесь в поволжских степях (точное место неизвестно) в середине XIX века присматривалась к тайнам природы, пыталась медитировать и вступать в связь с Высшим Разумом молодая любопытствующая девушка Лена, которую чуть позже мир будет знать как знаменитую писательницу, теософа и исследовательницу различных чудес и аномальных явлений Елену Петровну БЛАВАТСКУЮ (1831–1891).

Почему именно здесь – понятно. Елена училась в Саратове, но что таинственного нашла она в здешних местах, что подтолкнуло ее к совершенно неординарным, революционным мыслям в древней эзотерической науке – это осталось за кадром биографов Блаватской…

Еще один замечательный человек, живший в этом степном краю, биографов пока не имеет.

Однако, по отзывам многих знавших его людей, личностью был настолько неординарной и примечательной, что вполне заслуживает если не многокнижного исследования жизни, то уж многостраничного – точно.

У времени в плену

(Из путевого блокнота журналиста Е. Головиной)

«Я выберу любое из столетий, войду в него и дом построю в нем» – эта строчка из поэзии Арсения Тарковского как нельзя лучше подходит ко всей этой истории.

За исключением, пожалуй, фразы о выборе, ибо человек, о котором пойдет речь ниже, попал в наш век случайно.

О нем я услышала за два года до поездки на Медведицу от московского инженера-конструктора Вадима Черноброва. И ровно два года изводила его ехидными репликами, терзала вопросами, верила, не верила, искала доказательств… Съездив, поняла: доказательств в этой истории быть просто не может. Есть только факт: Евгений Иосифович Гайдучок в n-ске действительно жил, чему свидетелями дочь, внук, сын и половина города.

Но все по порядку. Лет десять назад Чернобров заинтересовался физикой Времени. Ставил потихоньку опыты, выводил формулы и собирал в лаборатории свою первую машину времени. Собирал нелегально, ибо за подобную антинаучную самодеятельность в те времена можно было запросто схлопотать по шапке. Иными словами, ТОГДА о его будущей темпоральной специализации не знал никто.