Ясным летним утром

– У меня есть одна мысль, – произнес Крамер после паузы. – Она принесет кучу «зелени», если мы все правильно разыграем. Я все организую и устрою, но мне нужен ты. Не смотри так испуганно, Мо. Я вот что тебе скажу: риска никакого! Это я обещаю! Никакого риска… понимаешь? – Он внимательно посмотрел на Мо. – Я не стал бы тебе предлагать, Мо, если бы это было хоть немного опасно. Я знаю, как туго тебе пришлось в Сан-Квентине. Послушай… даю тебе слово, что ты никогда не вернешься туда, если будешь работать со мной.

В этой работе никакого риска, иначе стал бы я, в моем-то возрасте, подставлять свою шею или рисковать твоей?

Мо вдруг позабыл все свои страхи. Если Большой Джим говорит, что может без риска достать для него четверть миллиона, то, как бы невероятно это ни звучало, Большой Джим достанет.

За те пятнадцать лет, что Мо работал с Крамером, он никогда не боялся последствий. Он до сих пор безоговорочно верил в Крамера: когда Крамер обещал что-то, глядя суровым взглядом… он обещал наверняка.

– А что за дело? – спросил Мо, и на его лице отразилось волнение.

Крамер вытянул длинные ноги и выпустил в потолок облачко душистого дыма.

– Ты слышал когда-нибудь о Джоне ван Вайли?

Мо озадаченно помотал головой.

– Это нефтяник из Техаса. Ты можешь не поверить, потому что в это трудно поверить, но он стоит больше миллиарда долларов.

Мо заморгал.

– Никто не может столько стоить, – сказал он. – Миллиард! Откуда у человека может быть столько «капусты»?

– Его отец наткнулся на нефть еще в девяностых[6 - Имеются в виду 90-е годы XIX века.

], – сказал Крамер. – Старик купил за бесценок сколько-то акров земли в Техасе, когда все еще только начиналось. И где он ни бурил, везде обнаруживалась нефть. Ни разу не было пустой скважины… только представь! Когда старик умер, за дело взялся сын, а он оказался куда более расчетливым бизнесменом, чем папаша. Из каждого доллара, сделанного отцом, Джон ван Вайли делал десять. Говорю тебе, он сейчас стоит больше миллиарда долларов.

Мо утер вспотевшее лицо:

– Я слышал, что такое случается, но никогда не верил.

– Я уже много лет слежу за жизнью ван Вайли, – сказал Крамер. – Этот парень меня завораживает. – Он встал, отпер ящик письменного стола и достал одну из папок с газетными вырезками. – Все эти вырезки посвящены семейству ван Вайли. Я теперь знаю о них почти так же много, как они сами. – Он уронил папку обратно в ящик, вернулся к своему креслу и сел.