Основы психогеронтологии. Учебно-методическое пособие

Даже такие, казалось бы, объективные показатели, как паспортный возраст и здоровье, перестают быть универсальными показателями. Присмотритесь к петербургским дамам и попробуйте определить их возраст – вы легко можете ошибиться на 10–15 лет. Здоровье тоже не так однозначно. Да, есть определенные физические показатели, но разве наше самоощущение здоровья определяется тем, что написано в амбулаторной карте? Гораздо важнее, как это самоощущение сказывается на повседневной жизни. И тут картина совсем другая. Откуда пожилой человек берет столько энергии для решения своих насущных потребностей и желаний? Это еще один парадокс.

В последнее время все больше внимания в современной психологической науке уделяется развитию взрослого человека, его внутриличностному росту, раскрытию потенциалов и самоактуализации.

Когда мы говорим о старшем поколении, очень часто кажется, что с возрастом различия между мужчинами и женщинами как бы стираются. Теряется физическая и сексуальная привлекательность, снижается роль романтических отношений, происходит ослабление половой функции и вместе с ней уменьшается количество половых гормонов, что, с точки зрения молодежи и стереотипов, должно приводить к тому, что половые и гендерные различия с возрастом как будто исчезают.

Однако не стоит спешить с выводами. Так, испанские ученые выяснили, что до глубокой старости (90 лет и старше) человек сохраняет потребность в романтических отношениях, сохраняет потребность быть желанным и интересным для противоположного пола и, несмотря ни на что, сохраняет не только формальную, но психологическую принадлежность к своему полу.

Каждый пожилой человек использует имеющийся у него ресурс по-своему, что во многом обусловливает огромное разнообразие путей переживания возрастных изменений – физических, психологических, социальных. Так, Б. Г. Ананьев говорил о возможности наступления «умирания» раньше, чем оно начинает приближаться: избегание активной социальной жизни ведет к тому, что «некоторые “начинающие” пенсионеры в 60–65 лет кажутся одряхлевшими, страдающими от образовавшихся вакуумов и чувства социальной неполноценности» [Ананьев, 1977, с.

272]. Но возможен и другой путь. Так, по мнению исследователя личностных изменений Н. Ф. Шахматова, «представление о психическом старении не может оказаться полным и цельным без учета благоприятных случаев, которые лучше, чем какие-либо другие варианты, характеризуют старение, присущее только человеку.