Допросы сионских мудрецов. Мифы и личности мировой революции

Правда «Черной сотни». С. 182.].

Еврейский бизнес

Поначалу политика имперских властей по отношению к евреям отличалась достаточной терпимостью. Можно было

бы сказать, что они особо и не ощутили перехода в другое государство.

Проблемы у евреев начались после того, как в конце 1780– начале 1790 годов в Москве столкнулись экономические интересы русских и еврейских купцов. Согласно действующему тогда законодательству, купцам и мещанам запрещалось покидать города, к которым они были приписаны. А вот Сенат в 1782 году разрешил купцам, проживающим на вновь присоединенных территориях, в интересах их коммерции переезжать из города в город.

Законодатели имели в виду только территорию Белоруссии, а евреи воспользовались «прорехой» и начали активно осваивать Москву и Смоленск. Трое купцов-евреев записались в 1-ю купеческую гильдию в Москве. Используемые ими методы торговли, говоря современным языком, местные бизнесмены посчитали приемами незаконной конкуренции и начали жаловаться властям. Сложно сказать, что использовали в Москве новички на рынке, но в Англии произошел аналогичный конфликт. Там торговцы-евреи начали использовать рекламу, агрессивный маркетинг, а также продавать не один вид товаров, например, чай или табак, а сразу несколько.

В Российской империи указом от 23 декабря 1791 года была впервые введена черта еврейской оседлости. Евреем запретили записываться в купечество за пределами Могилевской и Полоцкой губернии, т. е. Белоруссии. Одновременно им разрешили переселяться в Екатеринославское наместничество и Таврическую область.

На протяжении последующих лет черта оседлости то сужалась, то расширялась, составив к концу XIX столетия 15 губерний, именно: Бессарабскую, Виленскую, Витебскую, Гродненскую, Екатеринославскую, Ковенскую, Минскую, Могилевскую, Подольскую, Полтавскую, Таврическую, Херсонскую, Черниговскую и Киевскую (кроме города Киева). При этом следует отметить, что украинские, белорусские, литовские, польские и бессарабские евреи являлись отдельными общинами, а не расплывчатым географическим или региональным понятием.

Несмотря на обособленность и автономность общин, их члены занимались одним и тем же делом: управляли поместьями или арендовали сельскохозяйственные угодья (фактически выступая в роли помещиков), отдельные права и монополии (например, продажу спиртных напитков или соли), содержали шинки и постоялые дворы. Одно время они фактически полностью контролировали кредитную сферу.