Стучат, откройте дверь!

Ну да, ну да… две сотни. А что прибавки не просишь? Давно пора.

– Я не жалуюсь, – тихо сказал Джонни. – Думаю, человеку платят столько, сколько он заслуживает.

Массино искоса взглянул на него:

– Другие думают иначе. Мерзавцы. Постоянно канючат: давай деньги, деньги давай… – Он отпил немного виски, помолчал и продолжил: – Ты, Джонни, лучший из моих ребят. Что-то в тебе есть, и это мне по нраву. Если бы не ты и твой пистолет, я не сидел бы здесь, среди всех этих чертовых книжек. Трижды, верно?

– Угу.

– Трижды… – Массино покачал головой.

 – Помню, помню ту стрельбу. – Он снова помолчал, на этот раз подольше. – Пришел бы ты ко мне пару… тройку лет назад, попросил бы прибавки, я бы согласился. – Он ткнул в сторону Джонни тлеющим кончиком сигары. – Почему не пришел?

– Я же сказал, мистер Джо: человеку платят столько, сколько он заслуживает. Я не сильно напрягаюсь. Работаю не каждый день, по большей части в пятницу. Так что…

– Вы с Сэмми нормально ладите?

– Отлично.

– Он ссыкун. И работу свою терпеть не может, верно?

– Ему нужны деньги.

– Точняк. Я подумываю сделать кое-какую перестановку. Ребята, бывает, жалуются. Им, похоже, не нравится, что деньги таскает копченый паренек. Хочу узнать твое мнение. Как считаешь, делать мне перестановку?

Джонни уже знал, что ответить. Сейчас не время кого-то прикрывать, даже если речь идет о Сэмми. Через шесть дней – если все получится – Джонни станет богаче на сто пятьдесят тысяч долларов.

– Я хожу с Сэмми, – ровно произнес он.

 – Уже десять лет как хожу, мистер Джо. Велите ходить с кем-то еще – не вопрос.

– Видишь ли, я подумываю о полной перестановке, – сказал Массино. – И для Сэмми, и для тебя. Десять лет – чертовски долгий срок. Сэмми умеет водить машину?

– Конечно. И разбирается в тачках. Он смолоду начинал в гараже.

– Да, я слышал. Как думаешь, он захочет стать моим шофером? А то жена заклевала: говорит, мне садиться за руль не по статусу. Знаешь, чего она хочет? Не поверишь, шофера в униформе! Говорит, униформа придется нашему Сэмми к лицу.

– Правильнее всего будет спросить у Сэмми, мистер Джо.

– Ты поговори с ним, Джо. Сколько он получает?

– Сотку.

– Ну ладно. Скажи, что будет сто пятьдесят.

– Скажу.

Повисла очередная долгая пауза. Джонни ждал, когда же Массино заговорит о его участи.

– А теперь про тебя, Джонни, – наконец сказал босс. – Ты в городе человек известный. Людям ты нравишься, они тебя уважают. У тебя хорошая репутация.