Проклятье Пустоты

Не обращая внимания на непрерывное бурчание горе-плотника, Макс нашёл в этой работе достаточно интересное времяпрепровождение. Считая крайне полезной информацию, которую доносил вожатый Билл, мальчик весьма пристально вслушивался в его наставления и указания, впитывая знания с большим энтузиазмом, расспрашивая о подробностях и уточняя процесс. Том же, в свою очередь, оставался равнодушен и с нетерпением ждал дня изучения собирательного и охотничьего ремесла.

Вечером, после вкусного ужина, состоявшего из грибного супа с вяленой олениной и свежим ягодным морсом, все собрались у костра для жарки ментоловых зефирок.

День подходил к своему завершению, школьники делились эмоциями от проведённых занятий. Восторженная активность сменялась сонливостью, но кто-то решил вскрикнуть:

– Страшную историю давайте!

Это моментально отбило желание спать, и десяток пар глаз уставились на старшего вожатого Ричарда. Он, наверное, знал не одну страшилку, так как ранее уже отличился небольшими рассказами, больше, конечно, познавательными, но никто не сомневался, что и этот жанр ему тоже знаком.

Ричард закурил сигарету:

– Вы знали, что «Тихое место» находится на территории небольшого поселения мелкой группы эмигрантов из восточной Европы? Примерно сто лет назад тут находилась деревушка Швенте, не помню точно на каком это языке, но переводилось как святой или святыня. Точно могу сказать: прадед одного моего друга, живший неподалёку, утверждал, что изъяснялись здесь люди с польским акцентом. Он неоднократно бывал в старом свете и наверняка знал, о чем говорил.

Так вот, жители нелюдимы, изредка мелкими кучками покидали свою территорию и выбирались в ближайшие города, поскольку у них не было магазинов, рынков и даже мелких продуктовых прилавков. К себе же они никого не подпускали и всегда были агрессивно настроены к случайным путникам, по незнанию повернувшим не туда.

Утверждают, что и полиция лишний раз без нужды не посещала их, а в тех редких случаях, когда правосудие призывало стражей закона выполнить долг, они испытывали колоссальное моральное давление.

Конечно, наших полицейских просто так не сломить, да если у них есть работа, то вряд ли пара десятков недружелюбных взглядов может на них повлиять. А эти взгляды были ещё те! Они никогда не отводили их, всегда смотрели прямо в глаза и прожигали насквозь душу и тело. Угнетающая атмосфера, сходная с мрачными захолустьями дремучих веков Европы, наводила тоску, чувство противоестественного, чего-то чужого и непонятного.