О всех созданиях – больших и малых

Я тоже улыбнулся. Я всегда испытывал неловкость, когда братья ссорились, но в тот раз мне было очевидно, что утро обещает быть добрым. В атмосфере дома наметилось заметное улучшение после Рождества, когда Тристан незаметно смотался в колледж и без видимых стараний сдал все экзамены. Но сегодня в моем шефе было что-то еще: он, казалось, светился каким-то внутренним сиянием, довольный собой так, как будто знал, что впереди его ждет нечто очень хорошее. Он вошел в комнату и закрыл дверь.

– У меня – хорошие новости.

Я закрыл бутылку пробкой.

– Что ж, не томите. Выкладывайте.

Зигфрид переводил взгляд то на меня, то на брата. Он явно ухмылялся.

– Вы помните тот бедлам, который случился, когда Тристан занялся счетами?

Тристан отвернулся и стал еще быстрее растирать смесь в ступке, но Зигфрид подошел к нему и дружески потрепал по плечу:

– Не переживай, я не собираюсь просить тебя заняться этим снова. Более того, тебе больше никогда не придется делать это, потому что впредь этим будет заниматься специалист.

Мы уставились на него, а он продолжил:

– Да, я сам нашел ее, и мне кажется, она безупречна.

– И какая она? – спросил я.

Зигфрид поджал губы.

– Описать ее трудно. Но просто подумайте, кто нам нужен? Нам же не нужно воздушное существо, которое будет порхать по приемной. Нам не нужна симпатичная блондинка, которая будет пудрить носик за столом и строить всем глазки.

– Разве? – В голосе Тристана явно звучало непонимание.

– Нет, нам этого не надо, – заключил вместо него Зигфрид. – Она будет думать исключительно о своих мальчиках, а как только привыкнет к нашему распорядку – сбежит под венец.

Тристан все еще не поддавался на уговоры, и его брат начал выходить из себя. Лицо Зигфрида стало краснеть.

– И, кроме того, как мы можем позволить себе красивую молодую девушку в доме, где живут такие типы, как ты? Ты же не оставишь ее в покое.

Тристан был задет.

– А ты?

– Я говорю о тебе, а не о себе! – Зигфрид уже рычал.

Мир между братьями был непродолжительным. Я решил вмешаться:

– Ну хорошо. Расскажите нам о новой секретарше.

С видимым усилием Зигфрид подавил вспышку гнева.

– Ну, ей за пятьдесят, и она вышла на пенсию после тридцати лет работы в «Грин и Мултон» в Брэдфорде. Она была секретарем компании, и в ней ее вспоминают только с благодарностью. Ее назвали образцом эффективного сотрудника, а в нашей работе эффективность – главное.