Тайпан

На паруса шел холст только самого высокого качества, веревки были всегда новые. Пушки в идеальном состоянии. Лучший порох. Тайпан неизменно следил за тем, чтобы офицеры – и матросы – его флота имели лучшие каюты, получали лучшее питание и свою долю в прибыли; и на борту всегда находился врач. Наказание плетью запрещалось. За трусость или неповиновение и для матросов, и для офицеров существовало только одно наказание: их высаживали на берег в ближайшем порту и уже никогда не принимали обратно. Поэтому и для тех, и для других считалось большой удачей попасть на корабль Струана, и ни на одном из его судов никогда не было пустой койки.

Тайпан навсегда запомнил свои первые корабли, жизнь на полубаке и наказания плетью. И тех, кто приказывал его пороть. Некоторые из них умерли прежде, чем он сумел их разыскать. Тех, кого нашел, он разорил. Не тронул только Брока. Робб не знал, почему его брат пощадил Брока. Всякий раз, думая об этом, он внутренне содрогался, ибо понимал, что, каковы бы ни были причины, побудившие Дирка так поступить, однажды наступит день расплаты.

Перри добавил в чай ложку сахара и сгущенное молоко. Затем протянул Роббу чашку и сел за рабочий стол красного дерева, внимательно посматривая на гостя из-под нависших бровей глубоко посаженными глазами:

– Мистер Струан в добром здравии?

– Как всегда. Ты ожидал найти его больным?

– Нет.

В дверь каюты постучали.

– Войдите!

Дверь открылась, и Робб, изумленно открыв рот, уставился на молодого человека, стоявшего на пороге:

– Господь Вседержитель, Кулум, мальчик мой, откуда ты взялся? – Он взволнованно вскочил на ноги, опрокинув чашку.

Кулум Струан вошел в каюту и закрыл за собой дверь. Робб по-отечески обнял его и только тут заметил его бледность и впалые щеки.

– Что с тобой, дружище? – встревоженно спросил он.

– Мне уже гораздо лучше, благодарю вас, дядя, – ответил Кулум едва слышно.

– Лучше после чего, малыш?

– После чумы, бенгальской чумы, – ответил Кулум, словно удивившись вопросу.

Робб рывком повернулся к Перри:

– У тебя на борту чума? Ради Создателя, почему же ты не поднял «Желтого Джека»?

– Разумеется, у меня на борту нет никакой чумы! Чума была в Шотландии, с тех пор уже прошли месяцы. – Перри вдруг замолчал. – «Багровое облако»! Они что, еще не прибыли?

– Опаздывают на четыре недели. Ни слова, ни весточки – ничего. Что произошло? Ну же, говори.