Ураган. Книга 2. Бегство из рая

Да продлит Аллах его дни, чтобы он успел это сделать! Он должен успеть это сделать до своей смерти, и Азаде должна быть унижена, отвергнута, тоже погублена… даже лучше, поймана во время прелюбодеяния с этим диверсантом, тогда моя месть будет полной.

Пятница

23 февраля

Глава 43

НЕПОДАЛЕКУ ОТ БАЗЫ «ТЕБРИЗ-1», В ДЕРЕВНЕ АБУ-МАРД. 06:17. На рассвете лицо другого Махмуда, исламско-марксистского муллы, было искажено от ярости.

– Ты возлежала с этим мужчиной? – орал он. – Как перед Богом, отвечай, ты возлежала с ним?

Азаде сидела перед ним на коленях, пораженная паникой:

– Вы не имеете права врываться в…

– Ты возлежала с этим мужчиной?

– Я… я верна своему… своему мужу, – охнула она.

Всего лишь несколько мгновений назад они с Россом сидели на ковре в его лачуге, быстро доедая то, что она принесла с собой, радуясь, что были вместе, готовые немедленно отправиться в путь. Староста с благодарностью и почтением принял пешкеш – четыре золотые монеты ему, и одну она тайно передала его жене, – а потом сказал, чтобы они сразу же, как поедят, потихоньку выскользнули из деревни с того края, где стоял лес, и благословил их.

Вдруг дверь распахнулась, внутрь ворвались чужие люди, толпой навалились на Росса и выволокли обоих наружу, швырнув ее к ногам Махмуда и осыпая Росса ударами.

– Я верна, я клянусь в этом, я вер…

– Верна? Почему ты не в чадре? – кричал он.

Большинство жителей деревни уже собралось вокруг них, молчаливые и напуганные. С полдюжины вооруженных мужчин стояли, опершись на свои винтовки; двое стояли над Россом, который лежал без сознания лицом в снегу, красном от крови, струйкой сбегавшей по рассеченному лбу.

– Я была… Я пришла в чадре, но я… я сняла ее, пока ела…

– Ты сняла чадру в доме с закрытой дверью, чтобы поесть с чужим мужчиной? Что еще ты сняла с себя?

– Ничего, ничего, – ответила она, еще больше паникуя и плотнее запахиваясь в свою курточку с расстегнутой молнией. – Я только ела, и он не чужой, он старый мой друг… старый друг моего мужа, – торопливо поправилась она, но ее оговорка не прошла незамеченной.

 – Абдолла-хан мой отец, и вы не имеете никакого пра…

– Старый друг? Если ты невиновна, тебе нечего бояться! Перед лицом Аллаха, ты возлежала с ним? Поклянись!

– Староста, пошлите за моим отцом, пошлите за ним!

Мустафа не тронулся с места. Все вокруг впились в нее взглядом. Беспомощная, Азаде увидела кровь на снегу, ее Джонни застонал, приходя в себя.