Ураган. Книга 1. Потерянный рай

Танковая охрана дала ему добраться почти до самого края. Потом изрешетила пулями.

Мануэла простонала, и они отвели ее подальше за здание, где они прятались.

– Со мной все в порядке, – сказала она. – Марк, когда Дюк возвращается?

– Руди или Дюк позвонят сегодня вечером или завтра, я гарантирую. Pas probl?me![18 - Никаких проблем! (фр.)] Великий Дюк в полном порядке. Mon Dieu, а вот сейчас я бы выпил!

Они подождали минуту, стрельба затихала.

– Пошли, – сказал Эйр. – В бунгало будет безопаснее.

Они торопливо пересекли территорию «С-Г» и забежали в одно из красивых бунгало, окруженных выбеленными известкой заборами и аккуратными садиками.

В Ковиссе не содержали жилых помещений для женатых. Обычно пилоты жили вдвоем в бунгало с двумя спальнями.

Мануэла ушла, чтобы приготовить выпивку.

– Так, теперь – что произошло на самом деле? – тихо спросил Эйр.

Француз быстро рассказал ему о нападении, о Затаки, о храбрости Руди.

– Этот старый фриц действительно достоин медали! – с восхищением произнес он.

 – Но слушай, вчера вечером революционеры расстреляли одного из наших поденщиков за то, что тот оказался из федаинов. За четыре минуты они провели судебное заседание и привели приговор в исполнение. Сегодня утром другие ублюдки застрелили Кияби.

Эйр был в ужасе.

– Но за что?

Дюбуа рассказал ему о диверсии на нефтепроводе, потом добавил:

– Когда Руди и мулла вернулись, Затаки нас всех построил и объявил, что Кияби был казнен справедливо как «пособник шаха, пособник слуг Сатаны американцев и англичан, который годами осквернял Иран и потому был врагом Бога».

– Бедный старина Босс… Господи, он так мне нравился, он был хорошим человеком!

– Да. И открыто говорил против Хомейни, а теперь у этих ублюдков есть оружие. В жизни не видел столько автоматов, а они все глупцы, сумасшедшие. – Лицо Дюбуа сморщилось. – Старина Дюк принялся орать на фарси на них всех; вчера вечером у него уже была стычка с Затаки и муллой. Мы не знаем, что он им там сказал, но закончилось все скверно: эти ублюдки набросились на него, принялись пинать, орать.

Мы, конечно, бросились было на них, потом вдруг громыхнула автоматная очередь, и мы замерли. И они тоже, потому что стрелял Руди. Он каким-то образом отнял автомат у одного из них и дал еще одну короткую очередь в воздух. Он прокричал: «Оставьте его в покое, или я перестреляю вас всех!», держа на мушке Затаки и ту группу, что была рядом с Дюком. Они и отошли.