Грехи отцов наших и другие рассказы

Может, то дело, на которое он тебя нанял, и закончено, но в городе дальше будет хуже, а Эрик по-прежнему дорого стоит.

– Это понятно, – кивнул Тимми. – Только раз они взяли Льева…

– У меня это не первая маслобойка, милый мальчик. Я эти дела знаю. – Она повернулась к окну, указала на золотистые огни города. – Льев не единственный. Будут и другие. Много или мало, но некоторых своих Бартон отдаст безопасникам или смерти. И те, кто останется, сделаются для него важнее. Он из тех, кто ценит умение выживать.

И верность ценит. Что он подумает, милый мой, узнав, что ты бросил Эрика, чтобы вытащить меня?

– Работа была закончена, – ответил Тимми, как ей показалось, с обидой.

– Этого мало, – сказала она. – Теперь не то, что раньше. Ты теперь не просто паренек, с которым Эрик сидит в барах. И даже не мамин сынок. Это в прошлом и больше не вернется. Ты теперь мужчина, который работает на Бартона.

Он молчал. Далеко над ними погас выхлоп транспортного корабля. Лидия подошла к Тимми вплотную, опустила ладони на плечи.

Он не смотрел ей в глаза. Это хороший признак, решила она. Значит, она сумела до него достучаться.

– Мир меняется, и не в твоих силах этому помешать. Тот ты, который больше не нужен, должен будет уйти. Потому что если ты переживешь эти времена – просто переживешь, не более того, – ты станешь больше значить для Бартона. Этого тебе не избежать. Выбирать ты можешь только что ты будешь для него значить. Человека, на которого можно положиться – или на которого нельзя?

Тимми шумно потянул носом и выдохнул.

Взгляд его стал твердым, глаза – непрозрачными.

– Пожалуй что я снова напортачил.

– Это еще не известно, – успокоила его Лидия. – Может, еще не поздно исправить ошибку, а? Ступай, найди своего друга. Можешь привести его сюда.

Тимми вскинул голову. Лидия нежно погладила его плечи, начиная от основания шеи до бугров мышц – и обратно. Это движение она повторяла с его раннего детства, оно кое-что значило на их тайном языке.

От потери, от принесенной жертвы у нее ныло сердце. «Мир тебя меняет», – подумалось ей. Не сама ли она только что это сказала?

– Сюда? Ты уверена?

– Ничего, – сказала она. – Это же временно.

– Ну, ладно, – протянул он. Ей стало чуточку жалко, что он так быстро уступил, но обида тут же прошла. – Я оставлю тебе хорошую лодку.

– Хорошую лодку?

– Ту, в которой мы приплыли.

Дверь закрылась.