Война Калибана

– Но ведь это была протомолекула? – спросил Эджи. – Я имею в виду то, что привело к падению Эроса.

– Этим занимаются, – довольно сдержанно ответил Нетлфорд. – Есть некое общее сходство, но есть и существенная разница. В отличие от Эроса, оно не распространяется. Население Ганимеда не изменилось, как изменились люди на Эросе. Судя по спутниковым снимкам, похоже на то, что оно вторглось на территорию марсиан и там самоликвидировалось или было уничтожено извне. Если оно и связано с Эросом, то технику с прошлого раза отточили.

– Итак, Марс владеет образцом и использует его как оружие, – резюмировал адмирал Соутер. Он был немногословен, и Авасарала всегда забывала, какой высокий у него голос.

– Это возможно, – признал Нетлфорд. – Весьма возможно, но и только.

– Слушайте, – с самодовольной улыбочкой, словно ребенок, добившийся своего, заговорил Нгайен. – Я понимаю, что первый ход остался за ними, но надо обсудить, в каких пределах можно нанести ответный удар. Если идет гонка за большим призом, ждать, скорее всего, будет не умнее, чем выброситься из шлюза.

– Надо соглашаться на встречу с Марсом, – сказала Авасарала.

Стало тихо. Нгайен помрачнел.

– Это?.. – начал он и не закончил вопроса. Авасарала видела, как переглядываются мужчины. Она достала из сумочки еще одну фисташку, съела ядрышко и спрятала скорлупу. Эджи неумело пытался скрыть радость. Надо бы наконец разузнать, кто какие кнопки нажал, пробив его в представители дипломатического корпуса.

Выбор – хуже не придумаешь.

– Трудно будет обеспечить безопасность, – отозвался Нетлфорд. – Мы не допустим их корабли за оборонительный периметр.

– Ну, выставлять условия мы им не позволим. Если встреча состоится, то здесь, на нашей территории.

– Остановить их на приличном расстоянии и пересадить на свой транспорт?

– На такое они никогда не согласятся.

– Стоит сперва узнать, согласятся или нет.

Авасарала тихонько поднялась и направилась к двери. Ее личный секретарь, молоденький европеец по имени Сорен Коотвальд, отлепился от дальней стены и последовал за ней.

Генералы предпочли не заметить ее ухода, а может, так увлеклись новыми, подкинутыми ею, проблемами, что и вправду не заметили. В любом случае военным не меньше хотелось избавиться от нее, чем Авасарале – от них.

Коридоры комплекса ООН в Гааге были широкими и чистыми, сдержанный декор напоминал музейную диораму португальских колоний 1940-х годов.