Война Калибана

А орбитальные зеркала были чудесами инженерии. Влупить одним чудом по другому и оставить их в руинах!.. Большей близорукой глупости Холден и представить себе не мог – разве что нагадить в собственные запасы воды, чтобы врагу не досталось.

К тому времени, когда «Лунатик» уладил свои скрипящие кости на отведенной ему площадке, Холден был вне себя от человеческой глупости.

И конечно, она тут же сунулась ему под нос.

Таможенный инспектор ожидал их на выходе из шлюза. Тощий как жердь мужчина с красивым лицом и лысой, будто яйцо, головой.

Его сопровождали двое в неприметной форме охраны, с тазерами[8 - Тазер – разновидность электрошокера.] в поясных кобурах.

– Здравствуйте, меня зовут мистер Ведас, я таможенный инспектор одиннадцатого порта, площадки от А-четырнадцать до А-двадцать два. Вашу декларацию, пожалуйста.

Наоми, снова входя в роль капитана, выступила вперед.

– Декларацию радировали вашей службе перед посадкой. Я…

Холден видел, что ни у Ведаса, ни у сопровождающих охранников нет при себе служебных терминалов для инспекции груза, да и обмундирование охранников отличалось от формы портовой службы Ганимеда.

Он чувствовал, что кое-кто тут намерен разыграть любительский спектакль. Шагнув вперед, он помахал Наоми.

– Я с ними разберусь, капитан.

Таможенный инспектор Ведас смерил его взглядом.

– А вы кто такой?

– Зовите меня мистер Не-морочьте-мне-голову.

Ведас оскалился, пара охранников подошла ближе. Холден улыбнулся им и, запустив руку за спину, извлек из-за пояса большой пистолет.

Он держал его вдоль бедра, дулом вниз, но Ведас побледнел и отступил.

– Знаю, как вы трясете народ, – продолжал Холден. – Требуете декларацию, потом сообщаете, что было внесено в нее по ошибке. А пока мы составляем и отсылаем службе новую, срываете цветочки с груза и загоняете их на черном рынке. Полагаю, за продовольствие и медикаменты там хорошо платят.

– Я – законный представитель станции Ганимед, – проскрипел Ведас. – Вы рассчитываете запугать меня оружием? Я потребую от портовой охраны арестовать вас и интернировать корабль, если…

– Нет, я и не думал вас запугивать, – ответил Холден, – но я по горло сыт идиотами, жиреющими на чужом несчастье, и мне очень полегчает, если мой большой и сильный друг Амос изобьет вас в лепешку за попытку украсть еду и лекарства у беженцев.

– Это не запугивание, а средство для снятия стресса, – дружелюбно пояснил Амос.

Холден кивнул ему.