Война Калибана

 – У меня кузен на Луне работает, в «Магеллан-биотехе». Они посылают корабли с гуманитарной помощью. Когда разгрузят медикаменты, там освободится место для нас. Все устроено.

Пракс отставил стакан с молоком. В комнате было спокойно и тихо, но он знал – это иллюзия. Что-то сдавило ему горло и грудь. Лицо побелело – он как наяву вспомнил жену, объявляющую о разводе. Предательство. Опять его предали.

– …и потом еще несколько дней, – говорил Басиа. Пракс его не слушал.

– А как же Като? – выдавил он сквозь ком в горле.

Взгляд Басиа испуганной птицей метнулся в сторону.

– Нет. Нет его, брат. У мальчика не иммунная система, а болото. Ты же знаешь, без лекарств он оказывается серьезно болен на третий, самое позднее на четвертый день. А мне надо подумать о двух оставшихся детях.

Пракс кивнул: тело отреагировало помимо сознания. Казалось, где-то у него в голове раскручивался маховик. Бамбуковый стол показался неестественно шершавым. Запахло тающим льдом. От молока на языке остался кислый вкус.

– Откуда тебе знать? – спросил он, стараясь говорить мягко. Вышло не очень.

– Да уж знаю.

– Им… тем, кто забрал Мэй и Като, они мертвыми не нужны. Они знали, должны были знать, что детям необходимы лекарства. А значит, вполне могли доставить их туда, где лечение есть.

– Никто их не забирал, брат. Они пропали. Что-то с ними случилось.

– Учительница Мэй сказала…

– Учительница обезумела от страха. Для нее вся жизнь сводилась к тому, чтобы карапузы не наплевали друг другу в рот, а тут внезапно рядом – стрельба.

– Она сказала: «Мать Мэй и врач». Врач…

– А, брось ты. Мертвыми не нужны? Мы здесь по горло завалены мертвецами, не знаю уж, кому они понадобились.

Идет война. Эти гады начали войну. – В его широких темных глазах стояли слезы, в голосе звучало горе, но сил не осталось. – На войне люди гибнут. И дети гибнут. Тебе бы… а, черт! Тебе бы подумать, как жить дальше.

– Ты не знаешь наверняка, – сказал Пракс.

Басиа смотрел в пол. К лицу его медленно приливала краска, губы подергивались, загибаясь уголками вниз.

– Ты не имеешь права бежать, – сказал Пракс. – Ты должен остаться и искать их.

– Не надо, – отозвался Басиа. – И не смей кричать на меня в моем доме.

– Это наши дети, мы не можем от них отвернуться! Что ты за отец? То есть, господи…

Басиа склонился вперед, навалившись на стол.