Давид против Голиафа

Проблема этого ложного сознания в том, что оно неизбежно должно быть привязано к такой системообразующей травме в прошлом, которая, во-первых, постоянно размывается в восприятии сменяющихся поколений и нуждается в затратных усилиях по его поддержанию, а во-вторых, вступает в противоречие с новыми мобилизационными техниками глобальной цивилизации.

Цивилизация же претендует на открытие перспективы в будущее. И очевидно, что при лживости обеих претензий, та, что манит обещанием, тактически оказывается сильнее, чем та, которая опирается на мифологизированный вчерашний день.

1.6. Военное дело

Кризис вооруженной силы в том, что насилие является технологической операцией, не соответствующей человеческой сущности тех, кто вынужден им заниматься.

Насилие и пролитие крови пронизывают всю человеческую историю. Человеческая история совершается через насилие духа над телом. Это религиозно признанный факт, подтвержденный всеми традициями.

Как деяние духа насилие всегда было достоянием людей духовных.

На него имели право только адепты Любви, понятой как самопожертвование.

Насилие всегда являлось внешней негативной стороной страстной жертвенности.

Таким оно было как функция традиционной корпорации воинов, которая сосредоточила в своих руках всю сферу, относящуюся к казни, воздаянию и разрушению. Воины в традиционном обществе служили именно духу, понятому как неизменный закон.

После того, как Небо оторвалось очень далеко от «Земли», а святость радикально покинула властный институт, для верхушки общества каста пассионариев стала обузой.

Насилие для власти теперь не должно являться способом вершения истории. Оно превращается, прежде всего, в технику вымогательства дополнительных жизненных ресурсов из человеческого биоматериала.

Уже во время перехода от феодальных суверенитетов к бюрократическим абсолютистским монархиям стало ясно, что люди чести и шпаги не могут найти себе место при новом порядке.

Государству-монстру потребовалась сила принуждения, организованная как механизм, как нечто, отражающее нечеловеческую природу самой власти.

Палочная дисциплина, марширующие каре и колонны, движение человеческих масс, уподобленное движению хорошо смазанных частей инфернального механизма, – вот что принесло новым колониальным империям военную победу над индивидуальной отвагой и боевыми искусствами воинов традиционных обществ.

Современная армия ничего общего не имеет с духом мужественной 45 героики и суровой жертвенности.