Давид против Голиафа

А мы – без сомнения, сделанные из глины – мы имеем отношение к этой упорядоченной классификации? Или все эти разграничения высосаны из пальца полными предрассудков и невежества древними, а люди на самом деле все одинаковые? Ну, один потрусливее, другой чуть более жадный или чуть более щедрый, третий – интроверт, склонен задумываться о вещах, которые больше никого не интересуют… Но все эти различия вроде как разный цвет глаз или рост: никакого влияния на действительную жизнь не оказывают.

Истина и там, и там.

Да, мы продолжаем рождаться воинами, торговцами и духовидцами. И, увы, – эти различия больше не имеют никакого отношения к тому, чем общество вынуждает нас заниматься в жизни. Современный человек лишен касты – или, как принято говорить на социологическом жаргоне, – деклассирован – не потому, что вдруг все стали рождаться «из одного теста», а потому, что социальные функции построены таким образом, чтобы не соответствовать человеческой природе.

Современный бюрократ в погонах – вместо воина, современный спекулянт – вместо торговца, современный технократ – вместо цехового мастера, современный художник, гордо ставящий на всеобщее обозрение унитаз, – вместо провидца и творца шедевров…

Каста выброшена из общества, но ее реальность продолжает жить нелегитимно и в подполье.

3.5. Кризис либидо (закат любви)

Кризис полового влечения связан с утратой интуитивного опыта единства эроса и смерти и исчезновением в современном человеке трагического переживания оргазма как разрыва с повседневным существованием.

Для рядового обывателя половое влечение есть единственная возможность соприкоснуться с чем-то сверхчеловеческим и даже сверхъестественным. Эротическую энергию люди всегда обожествляли и относились к ней со страхом, ибо эта сила, с одной стороны, живет в них самих, с другой стороны, выходит из-под их контроля.

Часто либидо (половое влечение) смешивают с любовью. Сущность любви в самопожертвовании.

Пассионарная готовность отдать себя во имя высокого дела, своих близких, тех, кого Христос имел в виду, говоря о том, чтобы «положить душу за други своя»… Все это связано с духовной волей, имеющей корни в человеческом сердце.

Половое влечение, в отличие от благородной жертвенной страсти к самопожертвованию, подобно электричеству, которое действует независимо от того, знаем мы о нем или нет. Это не сверх-, а скорее, нечеловеческая сила.