Пожар Сиболы

Никак не скажешь, что «Росинант» рванул через пространство на пятьдесят тысяч световых лет. Просто жуткая чернота ступицы сменяется незнакомыми звездами новой солнечной системы. От того, что все было так буднично, странное чувство усилилось. Ворота-червоточина должны бы выглядеть массивным смерчем света и энергии, а не просто блестящим металлическим колечком с незнакомыми звездами по ту сторону.

Холден поборол желание включить общую тревогу для придания драматичности моменту.

Новая звезда висела желтовато-белой точкой, не слишком отличающейся от Солнца, каким оно видится от «Станции колец» или с орбиты Урана.

При нем имелось пять каменных планет, один тяжелый газовый гигант и сколько-то планет-карликов, расположенных еще дальше от центра, чем кольцо. Четвертая из внутренних, обосновавшаяся прямо посреди обитаемой зоны[8 - Обитаемая зона – в астрономии зона с пригодными для жизни земного типа условиями.], и была Илосом. Новой Террой… Четвертой Разведкой «Беринга»… Номером 24771912-F23 по лицензии РЧЭ. Как хотите, так и зовите.

Любое название казалось слишком простым, чтобы выразить суть. Это был первый дом человечества у чужой звезды. Люди умудрялись сделать будничными потрясающие последние события. Еще несколько лет на исследование и колонизацию остальных планет – и ступица с кольцами начнут восприниматься просто как дорожная система. Их перестанут замечать.

– Ух ты! – проговорила Наоми, круглыми глазами уставившись на звезду Илоса. Холден с благодарностью кивнул ей.

– Я как раз о том же думал, – сказал он. – Рад, что не я один.

Он включил связь с пилотом.

– Йо! – отозвался Алекс.

– Как быстро ты нас туда доставишь?

– Если потерпите неудобства, довольно скоро.

– Давай любую перегрузку, лишь бы скорей почувствовать землю под ногами, – усмехнулся Холден.

– На высокой тяге через семьдесят три дня будем на месте.

– Семьдесят три… – повторил Холден.

– Ну, семьдесят два и восемь десятых суток.

– Космос… – ухмылка Холдена сменилась вздохом, – чертовски велик!

* * *

На пятом часу ускорения начали поступать сообщения.

Холден попросил Алекса перевести корабль на треть g, чтобы спокойно поужинать, и прокрутил первую запись в камбузе, где помогал Амосу готовить пасту.

Пожилой смуглый и седой мужчина взглянул на него с экрана. У него было тонкое лицо и крупный череп астера.

В акценте звучал намек на Цереру.

«Капитан Холден, – заговорил он с первой секунды записи.