Пожар Сиболы

Пристегиваться для него стало второй натурой, как бы глупо это ни выглядело. Орбиты Новой Терры, в общем, были пусты, шансы на внезапное ускорение нулевые. Просто привычка.

На маленьком мониторе, вделанном в стену каюты, молодой человек пожал руку хозяйке студии и улыбнулся в камеру.

– Давно вы у нас не появлялись, мистер Курвело, – сказала ведущая. – Спасибо, что заглянули.

– Я рад, Моника. – Молодой человек кивнул так, словно его поймали на горячем. – Рад вернуться.

– Итак, у меня появился шанс сыграть в новую игру, и, должна сказать, это совсем не похоже на вашу предыдущую работу.

– Да, – коротко отозвался мужчина и сжал челюсти.

– Возникли некоторые противоречия. – Улыбка ведущей стала чуть жестче. – Не желаете об этом поговорить?

Хэвлок физически не мог вжаться в подушки кресла, но внутренне дернулся.

– Послушайте, Моника, – отвечал человек в уродливом костюме, – мы здесь рассматриваем последствия убийства. Все смотрят на часть первую, а о том, что из этого выйдет, не думают.

У Хэвлока запищал ручной терминал. Он приглушил передачу и вышел на связь.

– Хэвлок, – сказал Мартри, – мне нужно, чтобы ты ответил на звонок.

Он говорил спокойно, с полным самообладанием. У Хэвлока сорвалось дыхание. Голос начальника предвещал неприятности, и в сознании первым возникло самое страшное. «Росинант» с Джимом Холденом, посредником ООН, через десять часов должен был начать торможение. Почти добрался. Если с ним что-то случилось…

– Внизу что-то случилось, – продолжил Мартри.

– Так плохо?

– Да. Выходи на связь. И поспокойнее с ней. Сможешь?

– Конечно, босс, – ответил Хэвлок. – Я холоден, как ноябрь, и нежен, как китайский шелк.

– Умница.

Картинка на долю секунды застыла, а потом с экрана на него взглянула Касси. Они полтора года провели вместе на корабле. В одной команде. Были если не близкими друзьями, то приятелями. Хэвлок слышал, что она крутила роман с Араго, а потом они разошлись.

Лицо на экране было цвета пепла. Под глазами залегли красные круги.

– Касси, – начал Хэвлок, включив интонации, заученные на курсах по переговорам об освобождении заложников. Он посещал их после волнений на Церере. – Говорят, у вас там крутовато?

Хохот Касси сотряс камеру, изображение закачалось, как при землетрясении. Она отвела глаза и снова повернулась к нему.