Айсберг

– Потерпи немного, – сказал он и направился к кобыле.

Ухватив лошадь за поводья, он подвел ее к обломкам самолета. Оторванная от поедания сочной травы и напуганная запахом дымящегося двигателя, Мэрайя недовольно мотнула головой.

– Спокойно, девочка, спокойно, – мягко произнес Мэтт.

Собаки, улегшиеся на траве, даже не пошевелились. Только Бейн приподнялся, навострив уши, но Мэтт жестом скомандовал ему оставаться на месте.

Мэтт протянул веревку от седла к самолету и обвязал ею покореженную дверь. Вернувшись к кобыле, он потянул ее за уздечку в сторону от самолета.

Она сначала послушно последовала за ним, довольная тем, что неприятный запах больше не бьет ей в ноздри, но, отойдя на длину веревки, остановилась.

Мэтт подергал несколько раз за уздечку, но лошадь идти дальше не собиралась. Едва удержавшись, чтобы не выругаться, Мэтт подошел к ней сзади и дернул за хвост. Ему очень не хотелось делать лошади больно, но он должен был как-то заставить ее сдвинуться с места. Мэрайя заржала от боли и ударила его копытом.

Мэтт упал навзничь на землю, выпустив хвост из рук. Приподнявшись, он помотал головой. У него всегда были трудности в общении с женским полом.

Внезапно Бейн, заливаясь лаем, подскочил к лошади и стал кусать ее за ноги. К Мэтью кобыла могла относиться как угодно, но с полуволком шутки плохи. Старые инстинкты дали о себе знать: Мэрайя рванулась вперед, дернув веревку.

Мэтт услышал скрежетание металла за спиной. Он откатился назад, развернувшись лицом к самолету. Фюзеляж «сессны» наклонился набок.

Из самолета послышался тревожный крик. Наконец покореженная дверь отвалилась со звуком, похожим на хлопок открываемой банки с кока-колой.

Мэрайя встала на дыбы, но Мэтт ухватил ее за уздечку и потихоньку успокоил. Ослабив подпруги, он отвел кобылу к краю поляны, скомандовав Бейну оставаться на месте.

– Хорошая девочка. Ты заслужила сегодня дополнительную порцию зерна, – сказал он, похлопав ее по крупу, и поспешил назад к самолету.

Незнакомец, похоже, сумел вытянуть ногу из ловушки между кресел и уже почти выбрался из проема двери.

Мэтт помог ему спрыгнуть на землю.

– Как твоя нога?

Мужчина осторожно ощупал ее.

– Вся в синяках и мышцы свело, но переломов вроде нет.

Только сейчас Мэтт заметил, что незнакомец моложе, чем показалось сначала, – возможно, не старше тридцати.

Мэтт отвел прихрамывающего незнакомца подальше от самолета. Протянув руку, он представился:

– Меня зовут Мэтью Пайк.

– Крейг. Крейг Тиг.