Firefly. Признаки жизни

– Ты наверняка здесь из-за финансов. Я неплохо разбираюсь в людях, и, по-моему, ты не убийца. Вот твой дружок-здоровяк… – она кивком указала на Джейна, – …вполне мог кого-нибудь прикончить, но не ты.

– Мне не очень хочется это обсуждать, Медоуларк.

– Но я же права? Твое дело связано с финансами?

Изобразив, что преодолевает внутреннее сопротивление, Саймон кивнул.

– Растрата. Меня осудили за растрату средств инвестиционного фонда, в котором я работал.

– Сколько? Или среди растратчиков говорить об этом не принято?

– Скажем так: много.

И давай закроем эту тему. Если честно, то я ни в чем не виноват.

Мэл решил, что Саймон Тэм ни за что не сможет выдать себя за преступника, пусть даже и не за уголовника. Поэтому ему пришлось стать жертвой судебной ошибки.

– Деньги украл мой начальник отдела, – продолжал Саймон. – Он несколько месяцев этим занимался, а потом я заметил расхождения в отчетности и сообразил, что происходит. Когда я решил поговорить с ним начистоту, он попытался меня подкупить.

Я отказался от денег, и это была ошибка: начальник обратился к совету директоров раньше, чем я, и повернул дело так, словно мошенник – я, а не он. Оставил след, который привел прямо ко мне, подставил меня по полной программе. И, конечно, совет директоров поверил ему, а не мне, начальник-то работал в компании уже много лет, а я – так, мелкая сошка.

– Дай угадаю, – сказала Медоуларк. – Они набросились на тебя всей сворой и вломили как следует.

– Они сказали, что я стану примером для остальных – чтобы больше никто не пытался делать так, как я.

Их адвокаты оказались куда круче и дороже моих. У меня не было шансов.

– О, Саймон. – Медоуларк прикоснулась к его руке и не убирала свою руку на долю секунды дольше, чем если бы это был просто дружеский жест. – Бедняжка.

Саймон выглядел смелым и отрешенным. «У него неплохо получается», – подумал Мэл.

Лучше, чем я надеялся. Док – не прирожденный лжец; должно быть, он научился этому, пока жил на «Серенити». Ведь, в конце концов, мы с ним не раз попадали в переделки.

– А ты? – спросил Саймон у Медоуларк.

– Что такая милая девушка, как я, делает в этой адской дыре? Хороший вопрос.

Мэдоуларк посмотрела куда-то вверх и вбок, словно обдумывая ответ. Это напомнило Мэлу о Ривер.

– Я здесь по той же причине, что и ты: я прогневала влиятельных людей. Понимаешь, на Абердине я рисовала на стенах граффити с протестными лозунгами – «Тошнит от федералов», «В задницу Альянс» и так далее.