Дьявольская колония

Однако после такого беспорядочного сурового детства он во фразе «коренной американец», описывающей его происхождение, основной упор делал на слове «американец».

Пейнтера вывел из размышлений стук в открытую дверь кабинета. Обернувшись, он увидел на пороге Рональда Чуна, эксперта-геолога «Сигмы».

– Думаю, вам будет интересно взглянуть на это.

Пейнтер взмахом руки пригласил геолога в кабинет, почти ожидая, что Чу ну придется пригнуться, чтобы войти в дверь. Росту в ученом было без малого шесть футов, и до этой отметки он недотягивал только потому, что брил голову наголо.

Чун был в сером лабораторном комбинезоне, из-под расстегнутого ворота виднелась футболка десантника.

– Что там у тебя? – спросил Пейнтер.

– Я внимательно изучил все донесения и наткнулся на один момент, который может оказаться важным. – Чун положил на стол папку. – Это показания некоего майора Эшли Райана, командира подразделения Национальной гвардии, находившегося там. Вопросы в основном посвящены личности террористки, а также событиям, предшествовавшим взрыву.

Однако майора Райана, похоже, здорово встревожил сам взрыв.

Пейнтер выпрямился в кресле и взял папку.

– Взгляните на страницу восемнадцать, я выделил ключевые моменты маркером.

Раскрыв папку, Пейнтер отыскал нужную страницу и прочитал то, что было отмечено желтым цветом. Всего несколько фраз, однако от последних слов майора у Пейнтера застыла кровь в жилах.

Он прочитал вслух:

– «Земля… казалось, она растворяется».

Чун стоял перед столом, заложив руки за спину.

– С самого начала меня не покидало ощущение, что в этом взрыве есть что-то странное. Поэтому я посоветовался со специалистом-взрывником «Сигмы», и он пришел к тому же выводу. При детонации такой силы, что была пробита трещина в скальных породах и вскрыт геотермальный источник, радиус поражения должен был быть вдесятеро больше.

С порога донесся хрипловатый голос:

– Совершенно верно. Рвануло слабовато.

Пейнтер снова повернулся к дверям. Похоже, новый специалист по взрывотехнике «Сигмы» пришел поддержать Чуна.

Он стоял, прислонившись к косяку. Росту в нем было на целый фут больше, чем в Чуне, да и весом он превосходил своего коллегу на добрых сорок фунтов, большую часть из которых составляли мышцы. Его темные волосы были коротко подстрижены, но он все равно тщательно зализывал скудные остатки назад с помощью геля. На нем был такой же комбинезон, как и на Чуне, но, судя по голой груди, под комбинезоном ничего не было.