Кости волхвов

Пейнтер не стал читать само досье толщиной в добрый дюйм, поскольку знал его наизусть. Грей Пирс завербовался в армию в возрасте восемнадцати лет, в двадцать один год был взят в десантное диверсионно-разведывательное подразделение, принимал участие во многих боевых операциях. А когда ему исполнилось двадцать три, он попал под трибунал за то, что набил морду вышестоящему офицеру. Пейнтер знал, что произошло между этими двумя в Боснии, и, мысленно ставя себя на место Грея, понимал, что поступил бы, наверное, точно так же.

Однако армейская дисциплина превыше всего, и солдату, уже успевшему получить несколько воинских наград, пришлось провести целый год в Ливенуорте.

Однако Грей Пирс представлял собой слишком большую ценность, чтобы его можно было списать со счетов. Такой подготовкой и навыками, какими он обладал, просто так не бросаются. Поэтому три года назад, сразу же после того, как Грей вышел из тюрьмы, он был завербован в «Сигму».

А вот теперь он оказался пешкой в опасной игре между «Сигмой» и «Гильдией».

Пешкой, которую должны уничтожить.

– Уф, я дозвонился до охраны базы, – с облегчением в голосе произнес Логан.

– Сообщите им, что…

– Сэр! – Молодой техник вскочил на ноги. На голове у него были наушники, а провод от них подсоединен к приборной консоли. – Директор Кроу! Я принимаю аудиосигнал!

– Что?

Пейнтер шагнул к технику и поднял руку, приказывая Логану молчать. Тот щелкнул тумблером громкой связи, и до них донесся знакомый голос. Слышимость была отвратительной, но они сумели разобрать несколько слов, слившихся в одно:

– Матьтвоюсволочьговнопоганое…

5 часов 07 минут

Форт-Детрик, штат Мэриленд

Грей выбросил вперед ногу и угодил женщине прямо в подвздошье.

Он с удовлетворением ощутил соприкосновение своего каблука с чужой плотью, но ничего не услышал. В ушах у него гудело от контузии, полученной после выстрела, сделанного с близкого расстояния в его кевларовый шлем. От удара пули по забралу паутиной разбежались трещины, левое ухо горело, поскольку находившийся в нем миниатюрный наушник закоротило и ушная раковина была обожжена. Однако все это мало волновало Грея.

Вскочив на ноги, он выхватил из ножен, вделанных в рукав, свой чудо-кинжал и нырнул под ближайший к нему ряд письменных столов. Слух начинал восстанавливаться. Грей услышал негромкий хлопок, похожий на сухой кашель, – еще один выстрел. Пуля попала в край стола и отколола от него большую щепку.