Житие Мое

Помните, Ассоль уверенно ждала алые паруса? А многие персонажи в советских сказках определённо верили и пользовались предчувствиями и чудесами? Может, образование подкосило и создало ещё одного незнайку в не очень солнечном городе? А может быть, мне нужно сказать спасибо авторам небылиц? Много вопросов. На судном дне разберусь, если успею. В школе мы украдкой слушали записи заграничных групп. Винилы обожествлялись до дрожи в коленках. Желания и мечты были очевидны. Очень хотелось ребёнку из военной семьи приобрести гитару и стать таким же, как Джон Леннон из «Битлов».

Восхищение постепенно приобрело диагноз. Это стало заметно в семье, абсолютно далёкой от музыки. Да и находиться в семье в тот период мне было неинтересно. Какие-то страсти-мордасти между родителями. Да старшая сестра на моих глазах превращалась в аватара виртуальной принцессы. Жуть. Синдром собственной переоценки. Меня там особо не жаловали, и поэтому моё юное сердце полыхало внешними ценностями, а не семейными. Насильно же мил не будешь. Многие знакомые мальчишки и девчонки гораздо теплей относились ко мне, чем члены семьи. Но временами на мать накатывало, и она принимала участие в моих юношеских пристрастиях. Как-то разглядела мою страсть к музыке и, неожиданно даже для себя, расщедрилась. Купила акустическую гитару. Я был на седьмом небе. Этот предмет стал самым главным в жизни. На родительских вечеринках с пловом и тортом наполеон меня ставили на табурет и просили петь песню «Я встретил девушку». Есть даже фотка тех времён. Взрослые жутко хохотали в знак одобрения и продолжали возлияния. Странное воспоминание о моих первых выступлениях. Это, вероятно, была архаичная форма нынешних корпоративов. Но это нежное время было трогательным, бессознательным и чисто интуитивным. Я не задумывался над смыслами жизни. Просто чувствовал некое большое движение вокруг и искал, где вход в это непонятное что и где. Помню только, что не хотел идти в школу. Я не хотел впитывать в себя не нравящиеся мне знания. Никогда не любил математику, химию. А от геометрии болели зубы. Вот послушать поэму какую-нибудь, или уроки пения, к примеру. Очень завораживали чтения прозы по радио. Понятно, что уроки и прочая дребедень не проникали в моё сознание полновесно. Жизнь окрасилась другими цветами. Я уже говорил, что в семье интересных перемен во мне не замечали. А вот чтение школьного дневника было ритуалом. В школе же царила педагогическая симфония принуждения к образованию.