Кровавое Евангелие

Тарек посмотрел на нее тяжелым злобным взглядом, одна половина его верхней губы приподнялась, обнажив длинный клык. Рафик опустил вниз руку, державшую кинжал. Взгляд его проворных, как у хорька, глаз метался между Баторией и братом, лицо его сияло в предвкушении того, что может произойти.

– У меня есть к нему один последний вопрос, – сказала она, пристально глядя на Тарека.

Взгляд, устремленный на нее, был взглядом животного. Впрочем, для нее Тарек и Рафик во всех смыслах и были животными.

Наконец Тарек откинулся назад и дал знак брату уйти.

Батория, заняв место Рафика, положила ладонь на щеку солдату. Как он был похож на Иштвана… Именно поэтому она запретила им уродовать его лицо. А он в упор смотрел на нее, жалкий, почти ослепленный болью, едва ли понимающий, что с ним и где он.

– Я даю тебе обещание, – сказала она, опускаясь так близко к его лицу, словно желая поцеловать его в губы. – Один последний вопрос. Ответь на него – и ты свободен.

Их взгляды встретились.

– Эрин Грейнджер, археолог.

Батория решила сделать паузу, чтобы это имя проникло сквозь ступор в его сознание. Ранее он уже выболтал практически все, что знал: о том, как они избежали гибели под обвалом на охваченной огнем вершине Масады. Батории следовало бы оставить умирать его там вместе с товарищами по оружию, но ей необходимо было выжать из него все, что возможно, невзирая на жестокость, с которой это будет сопряжено. Она уже давно овладела всеми практическими аспектами использования жестокости.

– Ты говорил, что доктор Грейнджер работает вместе с группой студентов.

Батория помнила женщину, которую камера, установленная на ровере, выводила на монитор. Эта женщина-археолог не выпускала из рук мобильный телефон, было ясно, что она пытается связаться с внешним миром. Но зачем? Снимала ли она что-либо на камеру в телефоне? Нашла ли какие-либо ключевые факты? По всей вероятности, нет, но перед тем, как покинуть это место, Батория должна абсолютно удостовериться в этом.

В зрачках глаз капрала, застывших на ней, была агония – он знал, что она задумала.

– И где же они? – спросила Батория. – Где доктор Грейнджер проводит раскопки?

Слеза, вытекшая из глаза капрала, коснулась ее ладони, лежавшей на его щеке. Какое-то мгновение – мимолетное, как вдох, – она надеялась, что он все-таки промолчит.

Но он не промолчал. Его губы зашевелились. Батория склонила к ним ухо, чтобы расслышать одно-единственное слово.

Кесария.