Пещера

Бен смотрел, затаив дыхание, на цифру внизу страницы. Слишком заманчиво, чтобы быть правдой.

Бен снова находился в своей камере. Лежа на койке и прикрыв глаза рукой, он плыл по волнам сна, пока не оказался в кошмаре, который не посещал его с детских лет. Он снова был мальчиком и пробирался между каменными колоннами толщиной в метр внутри огромной пещеры. Дедушка однажды приводил его сюда, чтобы показать петроглифы древних аборигенов.

Он вновь находится в той же пещере, только теперь из колонн растут ветви, увешанные плодами.

Не удержавшись, Бен протягивает руку, чтобы сорвать один из них – особенно мясистый и красный, но не может до него дотянуться. Он опускает руку, и вдруг ему кажется, что кто-то смотрит на него сзади. Бен резко разворачивается, но никого не видит, и все же ему продолжает казаться, что со всех сторон на него устремлены чьи-то глаза. В самом дальнем углу, позади толстого каменного цилиндра, он замечает какое-то движение.

– Кто там? – кричит он и бежит вперед, чтобы заглянуть за колонну, но и там никого нет.

 – Что вам нужно?

Непроизвольно ему на ум приходит слово «призраки».

Он убегает, но кто-то неотступно следует за ним, окликая его. Не обращая на это внимания, он продолжает бежать в поисках выхода. Колонны смыкаются вокруг него, мешая двигаться. Затем к его затылку что-то прикасается, и он слышит возле своего уха неразборчивое бормотание:

– Ты – один из нас…

Бен с криком вынырнул из кошмара и, пытаясь успокоиться, потер виски.

Он лежал на тюремной койке, сердце в груди колотилось, как пойманная птица.

Дьявольщина! С чего вдруг вернулся этот давно забытый страшный сон? Закрыв глаза, Бен припомнил, что кошмары стали посещать его после того, как он поспорил с дедом в пещере аборигенов на окраине Дарвина.

– Нет, это неправда! – кричал тринадцатилетний Бен, горько плача от разочарования.

Он только что сделал ужасное открытие и не хотел смириться с тем, что узнал.

– Правда, молодой человек! И не смейте называть меня лжецом! – говорил дед, повернув к нему морщинистое лицо.

 – Здесь обитали предки моей бабушки, а значит, – дед постучал согнутым пальцем в грудь внука, – твои прямые родственники.

Сама мысль о том, что в его жилах может течь кровь аборигенов, казалась Бену чудовищной. Вместе с приятелями он часто издевался над темнокожими детьми аборигенов, учившимися в их школе, и вот теперь в одночасье стал одним из этого презренного племени!

Бен в отчаянии тряс головой.