Пещера

Блейкли улыбнулся.

– Хорошо, я передам ваше пожелание доктору Симски.

Бен откашлялся и снял с подбородка ниточку расплавленного сыра.

– Мне бы тоже хотелось присоединиться к этой экскурсии.

– Лично я не возражаю, – ответил Блейкли. – А вы, профессор Картер?

Эшли представила, как Бен ползет следом за ней в тесной пещере, то и дело дотрагиваясь до нее. Однако ответить отказом было бы неудобно, поэтому она проговорила:

– Если только он не будет вертеться под ногами.

Австралиец воздел руки в притворном ужасе.

– Кто? Я?

Блейкли оглядел остальных членов группы.

– Кто-нибудь еще желает присоединиться?

Джейсон нерешительно поднял руку.

– А можно мне?

– Не стоит, – категоричным тоном ответил Блейкли. – Там много трещин, и случаются камнепады. Тебе лучше побыть здесь.

Джейсон повернулся к Эшли.

– Но мам, я…

Его перебила Линда:

– Я собираюсь обследовать озеро, и он может пойти со мной. Тот участок, куда я отправляюсь, находится в пределах лагеря.

Эшли посмотрела на сына, который внезапно зарделся.

– Ну что, сынок, согласен?

– Конечно, – ответил мальчик, и его голос внезапно дал петуха. – С удовольствием.

Линда улыбнулась.

– Значит, решено! Мы с Джейсоном займемся научными исследованиями.

Бен, сидевший рядом с Джейсоном, толкнул его локтем.

– Так держать, парень! – проговорил он шепотом, но достаточно громко, чтобы его услышала Эшли.

Джейсон прикрыл рот ладошкой и хихикнул. Эшли закатила глаза.

Ох уж эти мужчины!

Из своего окна Халид наблюдал за тем, как на территории базы один за другим гаснут огни. Фальшивый закат под куполом пещеры. О важности биоритмов им рассказал доктор Блейкли. Максимальная производительность человеческого организма возможна лишь при условии обычного суточного цикла, когда день и ночь последовательно сменяют друг друга.

Это сработает на него. Из теней плетутся лучшие накидки.

Вскоре остались гореть лишь редкие лампочки. И – негасимый прожектор возле шахты лифта. Столб его света бил в потолок, вычерчивая мягкие овалы вокруг сталактитов – черных пальцев, указывающих вниз.

Халид посмотрел на часы. Они показывали два. Пора приниматься за дело. Он вышел из комнаты и покинул спальный корпус. «Ночь» была теплой, воздух – благоуханным и очень влажным.