Пекло

Мерцающий ручей журчал между валунов и камней через лес с высокими деревьями и цветущими кустарниками. Солнце ярко светило в уголке голубого неба с бегущими легкими облачками.

Создавая свое детище, Мара решила следовать библейскому описанию: «В начале сотворил Бог небо и землю…» И попыталась начать с того же самого.

Несмотря на дотошное соблюдение деталей, картинка на дисплее была лишь слабой тенью настоящего виртуального мира «Генезиса». Этот мир содержал алгоритмы с закодированными звуками, запахами, даже вкусами – мелочами, которые нельзя отобразить на экране, но можно ощутить изнутри, живя там.

Готовясь к реализации проекта, Мара вдохновлялась видеоиграми с открытым миром – «Фар край», «Скайрим», «Фоллаут» и многими другими, – чтобы понять, как воплощать подобные симуляции обширных цифровых пространств. Она консультировалась с лучшими программистами и в итоге создала ограниченный искусственный интеллект, призванный играть снова и снова, через повторение запоминая каждую деталь.

Фактически самообучающееся искусственное сознание, построившее виртуальную вселенную внутри «Генезиса», сотворило нечто гораздо более внушительное, чем все, что было до него. Маре казалось единственно верным позволить незамысловатому ИИ принять участие в собственной эволюции и возвести мир для своего следующего поколения.

Склонившись над столом, девушка продолжила работу. На фоне зеленой рощицы виртуального Эдема появилась аморфная фигура, серебристая и расплывчатая, но имевшая явно человеческие очертания: две руки, две ноги, торс и голову.

Как и виртуальный мир на экране, этот «призрак в машине» представлял собой лишь простейший аватар того, что свернулось клубочком и ждало своего часа в «Генезисе».

Интеллект, скрывающийся за трехмерным изображением, имел смутное представление о том, что его окружает, – словно личинка, пытающаяся оценить оперу Верди «Травиата». Если ему не мешать, он будет учиться.

Быстро учиться. Пока творение не выросло в нечто холодное и непостижимое, даже опасное, Маре следовало вернуть бесформенному призраку плоть и кровь, восстановить то, что было утрачено после извлечения накопителей. Подпрограммы, зашифрованные на жестких дисках, предназначались для расширения проекта, для добавления глубины, контекста и, возможно, души.

В этом заключалась единственная надежда для человечества.