Пирамида

Гил глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и сосредоточился на своей задаче, отказываясь сдаваться. Не обращая внимания на то, что плечо заныло от напряжения, он лишь покрепче стиснул зубы. В конце концов его усилия не пропали даром. Гил выудил из груды сокровищ два кубка, золотой и серебряный, украшенные змейкой из изумрудов и рубинов. Но больше всего Гила привлекли их крупные изогнутые ручки.

Просунув в одну из них дуло винтовки, он поднял кубок над остальными вещами и задрал дуло вверх – серебряный кубок скользнул по стволу к деревянному прикладу.

Гил притянул винтовку к себе и выпрямился. Стряхнув с нее драгоценную добычу, он передал ее Мигелю.

– За твою храбрость, mi amigo.

Тот схватил кубок трясущимися пальцами. В этом единственном предмете заключалось богатство, способное обеспечить всю семью коротышки до конца дней. Мигель прошептал благодарственную молитву.

Гил недовольно отвернулся, так как считал, что товарищ должен благодарить не Бога, а его. Он встал на колени и потянулся за золотым кубком.

Вскоре драгоценность перешла к нему в руки. Это была его награда. Гил знал одного скупщика краденого антиквариата, который охотно заплатил бы за любой сохранившийся артефакт инков втрое больше стоимости самого золота. Сунув кубок за пазуху, Гил повернулся к статуе спиной и задумался над тем, что делать дальше.

Охранник похлопал по спрятанной в кармане жилета гранате. До тех пор пока не прибудет команда, способная нейтрализовать ловушку, оставшиеся сокровища нуждались в защите.

Как только проклятый механизм выведут из строя, Гил со своими людьми сможет спокойно забрать богатства. Существует лишь одна помеха на пути к его замыслу – группка крепко спящих в палатках американцев. Гил сжал в руке винтовку. Они не должны дожить до рассвета.

Гильермо махнул Мигелю в сторону выхода. Того не надо было уговаривать – он и сам торопился унести свое маленькое сокровище. Мигель перескочил на соседний золотой квадрат.

Взвизгнули шестеренки. Плита вместе с Мигелем взметнулась к потолку, подпертая толстым стволом дерева.

Соответствующая серебряная пластина наверху скользнула в сторону, и из отверстия посыпались серебряные шипы.

Видя неминуемую гибель, Мигель попытался скатиться с плиты на пол, однако не успел. Шипы пронзили ноги охранника от колен до ступней, раздирая мышцы до самых костей. Мигель завизжал от боли. Когда он попробовал освободиться от острых шипов, его кости затрещали, словно сухие ветки.