Веном. Смертоносный защитник

Сидя в тишине хранилища старых газет, Питер вспоминал, как Веном раз за разом пытался его убить, терроризируя при этом его близких. В своей извращенной манере Веном заботился о невинных, придерживался определенного кодекса чести. Но Питер не мог забыть о людях, которых убивал Брок: от мирных граждан до охранников в Каземате, в тюрьме, где его держали. Во время их последней встречи едва не погибла бывшая жена Эдди – и погибла бы, если бы не Человек-Паук.

– Тебя считают чокнутым, но таких глупостей ты никогда не творил.

Этими словами его заставила остановиться бывшая жена. Эдди осознал неоспоримую истину: Человек-Паук тоже защищает невинных. И тогда Веном согласился на перемирие.

– Ты оставляешь в покое меня, я – тебя.

Питеру вспомнился глухой рык Венома так явно, словно он сейчас прозвучал ему в ухо. А что ему оставалось? Питер думал об этом снова и снова. Сколько бы времени прошло, прежде чем Веном убил бы кого-то важного для Человека-Паука: Мэри Джейн или тетю Мэй… Брок знал о них все благодаря воспоминаниям, которые хранил симбиот.

«Что я мог бы сделать иначе?»

И вот Питер наблюдает за очередными подвигами Венома. Другой город, другое побережье, но снова приходится считать тела. «Брок не в себе, к тому же он убийца. Смогу ли я простить себя, если не попытаюсь поймать его… несмотря на цену, которую придется заплатить?»

Питер знал ответ. Достав телефон, он набрал номер и стал ждать ответа.

– Мэри Джейн, привет. Можешь собрать мне сумку, милая? Тут кое-что случилось, надо ехать в Калифорнию.

Расскажу все, как доберусь до дома, – на одном дыхании проговорил он, пока девушка не успела ничего спросить.

Глава 4

Пустыня Мохаве, Калифорния

Жара.

Сковорода, печь, лава, преисподняя… ей было все равно, какое использовать определение, но было адски жарко. Доменная печь подходила больше всего: жара будто с ревом срывала с тела последние капли влаги. Язык словно превратился в картон.

Но она продолжала бежать.

Краем глаза она заметила отблеск света и нырнула, прокатившись по зарослям ларреи, стараясь не обращать внимания на жесткие ветки, царапающие тело.

Пули взрывали землю там, где она только что ступала. С жужжанием налетел дрон, а затем пошел на разворот, чтобы повторить маневр.

Она поднялась на колени и принялась руками рыть песок, который то и дело дыбился от выстрелов. Песчинки царапали пальцы, и кровь тут же впитывалась в кремниевую пыль. Жужжание дрона становилось все громче.