Русская революция. Ленин и Людендорф (1905–1917)

Скрытые устремления Антанты, казалось, подтверждали растущий страх Берлина перед «окружением» и Вены – перед русским наступлением, хотя Великобритания не взяла на себя никаких формальных обязательств по военному вмешательству в случае обороны. Поэтому генштабы обеих союзных держав с облегчением констатировали, что Российская империя надолго погрязла в дальневосточном конфликте. Наблюдения, свидетельствовавшие о военной связанности главных сил русской армии на дальневосточном ТВД, вызвали в Большом генштабе оживленное обсуждение возможностей первого удара центральных держав по франко-русскому альянсу.

Материалы докладов немецких военных с Дальнего Востока, говоря о слабости российских войск, как будто подтверждали осуществимость наступательной войны (которая именовалась превентивной): сперва победы над усиливающейся Францией, пока Россия, занятая на Дальнем Востоке, не сможет оказать ей действенную помощь, затем уничтожения русских западных сухопутных сил, когда их существенно обескровят ради удовлетворения возрастающих нужд восточной армии. Руководствуясь такими соображениями, начальник германского Генштаба генерал Альфред фон Шлиффен разрабатывал свой план превентивной войны[62 - Ср.: Ritter G. Der Schlieffenplan: Kritik eines Mythos. Mu?nchen, 1956. S. 141–160 (перепечатка меморандума Шлиффена 1905 г.). Самый современный вклад в дискуссию по данному вопросу в Германии см.: Der Schlieffenplan: Analysen und Dokumente / hg. H. Ehlert u. a. Paderborn, 2006.]. До глубины души обеспокоенный складывающейся расстановкой сил и сомневающийся в способности молодого поколения политиков и дипломатов Германии справиться с теми задачами, которые она будет им подбрасывать, стареющий начальник Генштаба пришел к выводу, что рано или поздно Германской империи придется «подтвердить квалификацию» среди конкурирующих держав посредством войны и нужно сделать это поскорее, пока Россия, Франция, да и Англия, еще связаны. Шлиффен ожидал от такой войны «упрочения властных позиций империи на континенте, серьезнейшую угрозу которым видел… в англо-французском объединении, с Россией на заднем плане»[63 - Groener W. Lebenserinnerungen: Jugend. Generalstab. Weltkrieg / hg. F. Hiller von Gaertringen. Osnabrьck, 1972. S. 84 ff.]. Тем самым он не только шел против бисмарковского совета «не заглядывать в карты провидению» и проявлял, по мнению Бисмарка, «колоссальную глупость»[64 - Речь Бисмарка 9 февраля 1876 г., см: Fьrst Bismarcks Gesammelte Reden. O. O., o. J. S. 96 f.