Помоги любить тебя, сын

Многие увидят в моём описании себя: недолюбленных в детстве, не принятых родителями, во взрослой жизни пожинающих горькие плоды в отношениях с детьми.

Предлагаю прожить мою историю, рассказанную в трёх частях: детство без отца, бурная молодость, алкоголь, предательства, дно и воскрешение. И о том, как моя история сложных отношений с мамой повторилась в отношениях с сыном. Каждая новая глава – попытка вскрыть этот разрушающий корень и понимание, что он не всегда в детстве ребёнка, а даже чаще – в детстве самой матери.

Понимание причины поможет по-новому взглянуть на происходящее, пересмотреть его и изменить.

Тут вас понимают. Вы не одна в своей боли.

Предисловие  

Сил не было. Несколько минут назад у Саши отобрали трёхмесячного сына. Крошечного и беззащитного, уложили на мерзкий металлический стол, похожий на те, что в морге, и привязали за ручки к поручням. Одна медсестра держала крохотные ножки Лёнечки, вторая возилась с капельницей.

– Та-ак, мамаша, не мешаем докторам, выходим, – тётка размером с танк, напирая и прижимаясь упругим животом, выталкивала Сашу из процедурки.

Саша пыталась прорваться сквозь танковую оборону:

– Да подождите вы!

Где там! Мгновение, и оказалась за дверью. «Клац» – щёлкнул замок  с внутренней стороны, а через секунду раздался детский крик.

Саша понимала, что малыш в надёжных руках докторов. Понимала, что в эту минуту идет борьба за его жизнь, а капельница – единственное средство спасения. И да, её предупредили, что вводить иглу будут в голову, у трёхмесячных нет вен на руках.

Понимала, но материнское сердце рвалось на части. Спасти! Освободить от металлического стола, который ассоциировался с покойниками. Прижать к груди и бежать!

Саша испуганно уставилась на запертую перед ней дверь. Казалось, видит сквозь неё. Вот тупая игла ме-едленно вонзается в тонкую кожицу лысой головки сына. Прокалывает трепещущую вену и вот уже выступила капелька крови.

– Да когда же это прекратится!

Саша неистово дергала ручку, кричала, кажется, даже матом, стучала кулаками и пинала.

Хотелось взорвать дверь, тётку-танк и больницу. Так кошка кидается на всякого, кто смеет протянуть руку к новорожденному котёнку. Так собака злобно оголяет клыки и рычит, когда пытаются гладить щенят.

Дверь открылась. Тётка с броней танка равнодушным тоном произнесла:

– Слушай, не долби, а, всё равно не пустим. Успокойся, скоро капельница закончится.