На тропе войны

– Скажи своему отцу не стрелять во врага без приказа, – сказал он Питамакану. – Мы хотим зайти к ним в тыл.

Мы поторопились назад к вершине горного хребта и доставили сообщение, но Белый Волк уже отдал такой же приказ. Больше двухсот мужчин лежали на земле к западу от вигвамов Маленьких Накидок, мрачно ожидая приказа напасть на врага. Питамакан и я, с ружьями в руках и револьверами на поясе, лежали по бокам от Белого Волка. Большое, медленно плывущее облако закрыло луну и стало совсем темно.

Время тянулось; мы ничего не видели и не слышали. Очевидно, военный отряд ждал, когда луна снова очистится, чтобы напасть на, как они думали, спящий лагерь.

Прошло пятнадцать или двадцать минут напряженного ожидания, прежде чем облако отползло, и луна снова засияла и показала нам большую группу людей тихо, медленно, шаг за шагом крадущихся к нам и нашему лагерю. Они выстроились в линии – пятьдесят или семьдесят пять ярдов длиной, и пять или шести воинов в глубину.

Их возглавлял человек огромного роста, носивший особого вида головной убор из перьев, торчавших во всех направлениях, словно иглы рассерженного дикобраза.

– Ассинава! (Кри!) – прошептал Белый Волк.

Отряд продолжал двигаться по горному хребту, пока луна была скрыта, и теперь был от нас на расстоянии не больше семидесяти пяти ярдов. И когда вождь повернулся и, подняв руку, остановил своих людей, Белый Волк внезапно закричал

– Ис-ско-нак-ит! (Стреляйте!)

Наши двести или больше ружей выплюнули огонь и загрохотали, а в ответ послышались крики удивления и боли; мы издали боевой клич черноногих и торопливо перезарядили ружья под покровом низко висящих облаков порохового дыма.

Враг открыл по нам ответный огонь, но мы все лежали, а их пули летели высоко над землей. Мы вскочили, оказавшись выше облаков дыма, и увидели множество людей, лежавших на траве неподвижно или корчившихся от боли, остальные отступали.

Тогда с левого фланга и с фронта в их тесные ряды стали стрелять воины Большого Озера.

Беглецы ответили редкими выстрелами. Путь к отступлению им был отрезан и на запад, и к равнине, и им оставалось только отступать в нашу сторону, где из встретили оглушительным залпом. Я видел, что их огромный вождь, видимо до сих пор невредимый, поднял руки и что-то кричал своим охваченным паникой воинам, и в этот момент Питамакан сказал мне: "Смотри, сейчас он упадет" и выстрелил.